Мертвые города. Финвал - Петропавловск-Камчат ский-54

День добрый, всем заглянувшим в мой дневник!

В начале 60-х годов бухта Бечевинская использовалась как запасной район маневренного базирования, иногда в бухту заходили лодки для стояния на якоре.

Новой эпохой в истории бухты Бечевинской стало освоение ее берегов для строительства базы подводных лодок. «Крестным отцом» нового гарнизона стал тогдашний Главком ВМФ Сергей Георгиевич Горшков. Он лично посещал бухту Бечевинскую и даже некоторое время там жил на краю берегового обрыва в деревянном сарае, который сохранился практически до конца существования гарнизона.





Лирическое отступление:

Юрий Завражный пишет:
"Бечевинку выдумал один из наших бывших Главкомов, адмирал Горшков, когда ему надо было написать дипломную работу в самой-самой военной Академии. Вот он взял и обосновал возможность создания в нашей тьмутаракани базы дизельных торпедных подводных лодок со всей положенной инфраструктурой. А став Главкомом, начал последовательно воплощать свою бредовую идею в жизнь, и некому было дать "стоп машине"... Бухта Финвал отгорожена от океана широкой песчаной косой, а потому в ней прорыли узенький канал, который приходилось раз в год выкапывать заново, ибо его элементарно замывало волнами. Несколько раз лодки втыкались в края канала, и один раз - Сашина, он как раз стоял вахтенным офицером. Чтобы запереть всю бравую 182-ю отдельную бригаду в бухте, хватило бы одного сопливого диверсанта с зарядом малой мощности. Дороги в гарнизон не было - только пять часов морем. Или на вертолете. Был такой анекдот - лейтенанту-новичку вертолетчики сказали прыгать к новому месту службы с двухсот метров: "Извини, братан! Ниже не можем - обратно запрыгивать начнут!.." Но было грех жаловаться - через бухту торчал на сопочке зенитно-ракетный дивизион, так вот они по сравнению с нами - как мы и Париж. Они и пресную воду добывали, растапливая снег, и ягоду военные жены собирали с "калашом" за спиной - медведей вокруг навалом. Патроны - россыпью, а по праздникам они иногда спускались к нам, и мы почти привыкли к резиновым сапогам, дополняющим велюровые и шифоновые платья ракетчиц..."

В глубине бухты в распадке между сопками прибывшие строители построили для себя несколько панельно-щитовых домиков, которые просуществовали не долго.
Но в короткие сроки строители возвели первые три жилых дома. Нумерация домов впредь соответствовала очередности их строительства.
В первом четырехэтажном доме разместилось общежитие и за ним прочно закрепилось название «чудильник».
Второй предназначался для семей офицеров и был трехэтажным.
Третий жилой дом в четыре этажа возвели поодаль, рядом с сараем, в котором некогда жил Горшков. С правого торца здания пристроили продуктовый магазин.





Были построены и другие первоочередные объекты инфраструктуры пункта базирования: штаб, казармы, камбуз, гараж, котельная, складские помещения, дизельная подстанция. Имелся и топливный склад недалеко от места первоначального размещения плавпирсов.
Впоследствии причальный фронт был перестроен на новом месте, ближе к выходу из бухты. Были предусмотрены две зенитные батареи из одноствольных корабельных зенитных автоматов времен войны. Одна располагалась недалеко от береговой части, где хранились ядерные боеголовки для торпед, а другая - рядом со штабом.
Они периодически устраивали учебные стрельбы по противоположному берегу, а чаще всего при пасмурной погоде матросы-зенитчики сидели рядом по готовности «раз». Хотя ненужность такого мероприятия была очевидна - на противоположном берегу бухты над самым выходом располагался поселок «Шипунский», где имелись вполне современные зенитные ракетные комплексы.

Из соображений режима секретности в документах не позволялось использовать географическое название бухты и для этого было придумано новое, «открытое» наименование – Финвал. Чаще место в официальной переписке именовалось по номеру почтового отделения – Петропавловск-Камчатский-54.
Первоначально в бухте Бечевинской – Финвал базировался дивизион подводных лодок из пяти единиц проекта 641, сформированный из состава подводных лодок ЭОН, перешедшего по Северному Морскому пути с Северного флота. Но в августе 1971 года в бухту Бечевинскую была переведена 182-я бригада дизельных подводных лодок из бухты Крашенинникова, после чего бригада стала именоваться «отдельной». В то время бригадой командовал капитан 1 ранга Бэц Валентин Иванович.
Для обеспечения базирования подводных лодок имелась плавбаза «Камчатский Комсомолец». Первоначально, до окончания строительства жилых домов, часть личного состава бригады размещалась на плавказарме. Сухопутного сообщения с «большой землей» не было. Примерно один раз в неделю из «города» (так именовался Петропавловск-Камчатский) приходил «транспорт» - переоборудованное из морского буксира транспортно-пассажирское судно «Авача».
Иногда, когда «Авача» была на ремонте, в поселок приходила аналогичная «Олонка». После ночной разгрузки утром «Авача» уходила обратно, а с утра у продуктового магазина выстраивалась очередь. Все привезенные продукты разбирались буквально в несколько часов, а в остальное время в ассортименте магазина преобладали хлеб с местной хлебопекарни и всем надоевшие консервы. Иногда по срочному вызову прилетал из города вертолет. Он же привозил в гарнизон высокое начальство.

Вскоре были построены и другие дома поселка: над третьим домом был построен четвертый, поодаль, напротив вертолетной площадки – пятый дом. Над четвертым домом стоял шестой, к правому торцу которого были пристроены почта и магазин. Имелся и клуб с пристройкой для оркестра, но он сгорел примерно в 1987 году. Первоначально в поселке имелась школа-восьмилетка, а детский сад размещался в первом доме.





Новый этап строительства гарнизона начался с началом перевооружения бригады на подводные лодки проекта 877, которые в обиходе именовали «Варшавянками», или просто – «Варшавы». Первой в гарнизон пришла «Б-260» под командованием кап. 2 ранга Побожьего А. А. Внешний вид новой лодки был настолько непривычен, что сразу после швартовки лодки на пирсе собралась толпа любопытной детворы, с удивлением разглядывающая невиданный ранее «утюг».





Для вновь прибывших экипажей был заложен и вскоре построен многоэтажный седьмой дом. Школа-восьмилетка была преобразована в среднюю школу-десятилетку и в 1985 году переехала в новое здание с большими классами, просторными рекреациями и огромным спортзалом. В прежнее одноэтажное здание школы был переведен детсад. Через три года после седьмого дома был построен и аналогичный восьмой дом.





К 1989 году все лодки 641 проекта были переданы в состав других соединений.

Конец гарнизону наступил в период так называемых «реформ» в 1996 году. Попавший в планы под сокращение, отдаленный гарнизон ждало одно очень неприятное известие. В угоду, прежде всего личным интересам одного высокого должностного лица, надлежало перевезти все имущество базы на новое место в кратчайший срок. Для военного имущества были выделены танкодесантные корабли. Как и каким образом будет перевезен скарб и личные вещи семей, людей «наверху» заботило мало. Обещанные контейнеры не были выделены, пришлось мебель, ящики и чемоданы перевозить прямо кучами на палубе «Авачи». Оставаться там было нельзя – все отопление и электроснабжение было отключено. Бригада лодок была перебазирована в Завойко, а еще через 6 лет – в бухту Крашенинникова, откуда, по сути, она и пришла в Бечевинку.





Никому из коммерсантов гарнизон не понадобился, поэтому в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.06.98 № 623 «О порядке высвобождения недвижимого военного имущества» и обращением Российского фонда федерального имущества от 12.07.2000 № ФИ-24-2/5093 со счетов Минобороны России в установленном порядке были списаны здания и сооружения военных городков № 52 «Бечевинская» и № 61 «Шипунский».



После оставления гарнизона прессу и СМИ Камчатки сотрясали «экологические» скандалы, связанные с брошенными в Бечевинке запасами. Всевозможные самозваные «правозащитники», как грибы после дождя разросшиеся на грандах и премиях заокеанской демократии, с азартом трезвонили об опасности окружающей среде оставленными в Бечевинке тоннами ГСМ, не упоминая, что военные не по своей воле покинули это место. Наибольшую опасность представляли из себя запасы высокотоксичного ракетного топлива в поселке ракетчиков. С ними проблему решили довольно-таки просто: расстреляли с вертолета из автоматов. Хотя и не без последствий для природы. Но другого выхода не было: средств для вывоза и утилизации в бюджете предусмотрено не было.

Сейчас гарнизон представляет из себя жалкое зрелище: жилые дома смотрят на мир пустыми глазницами окон, по улицам бродят лисы и медведи. О некогда базировавшемся здесь подводном флоте напоминает лишь остов старой УТСки, лежащей на отмели у выхода из бухты.