Памяти погибших в годы Великой Отечественной Войны посвящаю

Сегодня были на экскурсии к Вечному огню. Для дошкольников- это просто экскурсия к красивому месту, не все понимают значение Великого памятника. Понимание придёт позже. А мне каждое 9 мая грустно и больно до слёз потому, что моё поколение знало этих теперешних ветеранов не дряхлыми стариками, а вполне дееспособными людьми, которые рассказывали все ужасы той войны без утайки, с желанием передать детям ненависть к фашизму, гордость за советских людей, любовь к Родине. Очень грустно осознавать, что мы, воспитанные на этих примерах не смогли то же отдать своим детям. Когда моя тогда ещё 14 летняя дочь стала слушать рокклипы на немецком, не зная перевода, а в видео стали фигурировать нацисткие символы, я жутко ругалась, мы даже несколько дней не разговаривали. Оказывается, у неё были друзья , мальчишки и девчонки, поддерживающие это направление. Они бритые и ходят в грубых ботинках с железными носами внутри, носят серьги и цепи со свастикой и кожаные косухи. Собирались в стаи, подкарауливали чурок и били. Слава Богу, дочь не участвовала в этих походах-я вовремя заметила и несколько вечеров мы с ней беседовали о фашизме, символике, ужасах войны. Искали в интернете материал о ВОВ, читали его, обсуждали. Кроме того, её прадедушка воевал, имел награды и ранения. Сейчас, к сожалению, уже умер. Я вспомнила несколько реальных историй из его жизни. В итоге, переубедились. Вот эта история очень нас тогда потрясла, чудом сохранилась в компе и теперь я хочу, чтобы вы её прочитали.
Это письмо времен Великой Отечественной войны было написано 15-летней девочкой, попавшей в рабство к гитлеровскому помещику.
Она была настолько доведена до отчаяния, что решила покончить жизнь самоубийством в день своего 15-летия, но перед этим написала последнее письмо отцу на фронт. Читать тяжело, но очень стоит прочтения.
К сожалению, к адресату письмо так и не попало, т.к. номер полевой почты, написанной девочкой, на тот момент уже устарел.
Текст письма и историю читайте далее




Март, 12, Лиозно, 1943 год.
Дорогой, добрый папенька!

Пишу я тебе письмо из немецкой неволи. Когда ты, папенька, будешь читать это письмо, меня в живых не будет. И моя просьба к тебе, отец: покарай немецких кровопийц. Это завещание твоей умирающей дочери.

Несколько слов о матери. Когда вернешься, маму не ищи. Ее расстреляли немцы. Когда допытывались о тебе, офицер бил ее плеткой по лицу. Мама не стерпела и гордо сказала: "Вы не запугаете меня битьем. Я уверена, что муж вернется назад и вышвырнет вас, подлых захватчиков, отсюда вон". И офицер выстрелил маме в рот...

Папенька, мне сегодня исполнилось 15 лет, и если бы сейчас ты, встретил меня, то не узнал бы свою дочь. Я стала очень худенькая, мои глаза ввалились, косички мне остригли наголо, руки высохли, по-хожи на грабли. Когда я кашляю, изо рта идет кровь - у меня отбили легкие.

А помнишь, папа, два года тому назад, когда мне исполнилось 13 лет? Какие хорошие были мои именины! Ты мне, папа, тогда сказал: "Расти, доченька, на радость большой!" Играл патефон, подруги поздравляли меня с днем рождения, и мы пели нашу любимую пионерскую песню...
А теперь, папа, как взгляну на себя в зеркало - платье рваное, в лоскутках, номер на шее, как у преступницы, сама худая, как скелет,- и соленые слезы текут из глаз. Что толку, что мне исполнилось 15 лет. Я никому не нужна. Здесь многие люди никому не нужны. Бродят голодные, затравленные овчарками. Каждый день их уводят и убивают.

Да, папа, и я рабыня немецкого барона, работаю у немца Шарлэна прачкой, стираю белье, мою полы. Работаю очень много, а кушаю два раза в день в корыте с "Розой" и "Кларой" - так зовут хозяйских свиней. Так приказал барон. "Русс была и будет свинья",- сказал он.

Я очень боюсь "Клары". Это большая и жадная свинья. Она мне один раз чуть не откусила палец, когда я из корыта доставала картошку.

Живу я в дровяном сарае: в колшату мне входить нельзя. Один раз горничная полька Юзефа дала мне кусочек хлеба, а хозяйка увидела и долго била Юзефу плеткой по голове и спине.
Два раза я убегала от хозяев, но меня находил ихний дворник. Тогда сам барон срывал с меня платье и бил ногами. Я теряла сознание. Потом на меня выливали ведро воды и бросали в подвал.
Сегодня я узнала новость: Юзефа сказала, что господа уезжают в Германию с большой партией невольников и невольниц с Витебщины. Теперь они берут и меня с собою. Нет, я не поеду в эту трижды всеми проклятую Германию! Я решила лучше умереть на родной сторонушке, чем быть втоптанной в проклятую немецкую землю. Только смерть спасет меня от жестокого битья.
Не хочу больше мучиться рабыней у проклятых, жестоких немцев, не давших мне жить!..
Завещаю, папа: отомсти за маму и за меня. Прощай, добрый папенька, ухожу умирать.

Твоя дочь Катя Сусанина...

Мое сердце верит: письмо дойдет.

Вскоре после освобождения белорусского города Лиозно в 1944 году при разборе кирпичной кладки разрушенной печи в одном из домов был найден маленький желтый конверт, прошитый нитками. В нем оказалось письмо белорусской девочки Кати Сусаниной, отданной в рабство гитлеровскому помещику. Доведенная до отчаяния, в день своего 15-летия она решила покончить жизнь самоубийством.
Перед смертью написала последнее письмо отцу. На конверте стоял адрес:
"Действующая армия. Полевая почта №... Сусанину Петру". На другой стороне карандашом написаны слова: "Дорогие дяденька или тетенька, кто найдет это спрятанное от немцев письмо, умоляю вас, опустите сразу в почтовый ящик. Мой труп уже будет висеть на веревке".

Номер полевой почты, написанный на конверте, устарел, и письмо не могло попасть адресату, но оно дошло до сердца советских людей!

....минута молчания...

Таких историй в годы войны было много. Фашисты мрази. И хуже всего то, что и сейчас находятся молодчики считающие гитлера своим кумиром.