Совместные покупки Присоединяйтесь к нам в соцсетях:
Присоединяйтесь к нам в соцсетях: ВКонтакте  facebook 

Рассветы-4


Эпизод 6


Исполнение желаний


1

Конечно, я рассказала о своих видениях во время болезни, и дядька не придумал ничего лучшего, как перестать рассказывать мне свои сказки. Я дулась, но он был неумолим:

- Раз ты так всё принимаешь близко к сердцу, то лучше тебе и не рассказывать их.


И долго не рассказывал, с год, наверное. Я же не оставила своей идеи найти город. Но дальше поляны с пиуккой так и не смогла пройти, - лес, как будто, смыкался передо мной и не пускал, ни лазейки не могла разыскать. Но вот наступило лето - жаркое, прекрасное, и стало не до того - надо было полазать по деревьям в поисках спелых яблок, слив, проверить, что там на золотом дереве выросло, высадить и полить цветы. Всё же, они очень красивые! Любуюсь ими каждый день. Ещё мы стрижём Беку и продаём его шерсть. Как сказал дядька:

- Чтобы зря сено не жевал.

Стрижём два раза - ранней весной и в конце лета, когда ещё тепло, но уже вот-вот похолодает. И огород на мне, дядька работает. Ещё начала учиться готовить у тётки Мэллы.


Иногда сама вывожу на полянку, облюбованную прямо за домой, своих любимцев, Меку и Беку в заднюю калитку. Они из озорников, гоняющихся за мной по двору, выросли в солидных козу и барана, и уже, если и бегали за мной, то так же, солидно - трюх, трюх. Мы пасёмся до самого вечера, а потом приходит Ригнар, вдвоём отводим копытных домой и идём купаться. Уже никого нет и я получаю истинное удовольствие. Ригнар уже большой и вовсю помогает отцу, поэтому только так, по вечерам, и встречаемся иногда.

В этот день я снова сама пошла со своими питомцами и сидела под деревом, а они, привязанные к колышкам, мирно паслись неподалёку. Я даже хотела поспать, так разомлела на солнце, но хватило ума посмотреть вокруг. И увидела, что ко мне направляются один из братьев, не различаю издали, они очень похожи, не смотря на то, что даже не двойняшки, разница есть в возрасте, а за ним, вприпрыжку, какой-то мальчишка скачет. При приближении оказалось, что это Энах, самый противный из братьев, самый доставучий, а с ним тот мальчишка, что кидался в меня комьями грязи. Тут же, на всякий случай, нашарила около себя пару камней, а палку всегда с собой таскала, для солидности, как пастух наш, дядька Щемик. Они подходят и Энах кивает на меня:

- Она, что ли?

Тот быстро кивает и облизывает противные, розовые губы.

- За то, что ты оскорбила одного из “братьев” нашего ордена, нашего “брата” Олька, - важно говорит братец, - ты должна облизать его обувь и попросить прощения.

Я перевожу взгляд на обувь мальчишки и не вижу никакой - он стоит босиком и переминается с одной грязной ноги на другую. Поднимаю взгляд на братца и вижу ухмыляющуюся физиономию.


- Не помню, чтобы я его обижала, - пытаюсь ответить миролюбиво и спокойно, хотя внутри всё начинает клокотать от возмущения. Мне как-то дядька даже сказал, что я похожа на дракона, когда злюсь. - Он обстрелял меня комьями грязи и удрал, когда увидел дядьку Рифата. Может, пусть он мои ноги оближет в знак того, что я пострадала ни за что, ни про что? Но я не такая кровожадная, я его прощаю, пусть идёт, откуда пришёл. Как и ты. Я вас не звала, я тут, между прочим, делом занята, - и киваю на своих подопечных.


Не успеваю среагировать, как Энах уже ухватил меня за руку, в которой была зажата палка, и выкручивает её назад, за спину. Я охнула от боли и слёзы... слёзы выступили на глаза, но я сжала губы. Я сама себя приняла в общество Драконов и, вспомнив об этом, слёзы моментально высыхают. Но нас увидели... Мека и Бека. Не сговариваясь, они кинулись в бой и хорошенько приложили рогами противного братца. И гнали их обоих до самых оград Фискадо. Я не смеялась. Я была напугана, если честно. Что это было за выступление с их стороны, я не поняла. Зачем им понадобилось меня обвинить в том, чего я не делала и ещё и такое мне предлагать? Пришла домой, загнала своих защитников, дожидавшихся меня у ворот, в сарай, угостив их отменно. Налила воды в корытце и ушла домой. Надо было подумать и, когда придёт дядька, решить, говорить ему или нет.

Оказалось, кто-то видел всю сцену на выпаске от начала до конца, и дядьке Рифату всё рассказали без меня.
Он пришёл чуть позже и, поставив меня между колен, вертел во все стороны, разглядывая и так, и этак.

- Что они сделали? Говори! Ударили? Толкнули?


Я помотала головой и рассказала о том, как и что произошло. У него ходуном заходили челюсти и брови сдвинулась к переносице. Прижал к себе и положил ладонь на макушку. Потом вдруг рассмеялся, правда, невесело:
- Значит, Мека с Бекой тебя спасли от них?

Я тоже рассмеялась:
- Да, и гнали до самого забора! А тебе кто сказал?

Дядька махнул рукой:
- Старый Ольрик. Помнишь, хромой такой.

Я кивнула. Кто ж его не знает. Совершенно белый, с огромной бородищей, хромой на одну ногу и с грозным взглядом. Его не только мы, дети, боялись, но и взрослые перед ним робели.

- Ох, и достанется этим недоумкам! - хихикнула я. Он погладил меня по голове и вздохнул.

Но им так ничего и не прилетело ни от кого. То ли боялись их, то ли их родителей, но парни творили, что хотели.


Мека с Бекой не раз ещё меня выручали. То приставал тот мальчишка, даже Ольк, то Федрис гнусавый пытался полапать, и я поднимала визг до небес, то братья появлялись с угрозами, но мои защитники выскакивали каждый раз вовремя. Дядька всё больше хмурился и пару раз даже ходил к тётке Кайсе разбираться, та верещала после этого на весь город, что её “мальчиков” обвиняют совершенно ложно и она будет жаловаться в ратушу, но пока мы продолжали жить, как жили.



2


Мы не раз с Ри предпринимали попытки разыскать город Драконов (кстати, надо будет спросить дядьку, как он называется, он точно знает!), но так и не нашли. Ни я одна, ни с ним вместе. Только вывозились в болоте, в пиукке, и уставали так, как будто работали на мельнице, таская мешки. Поэтому, до времени, оставили эту затею, тем более, что надо было и ему, и мне, помогать взрослым по хозяйству.

Как-то, уже довольно поздно вечером, когда я как раз забралась в очередной раз на чердак помечтать и пересмотреть свои “сокровища”, кто-то пришёл в гости. Я, было, подумала, что это Ри или его родители, и подскочила к люку, что вёл вниз, но услышала голос, жутко на кого-то похожий, только тембр другой, но явно, мужчины в возрасте. Это был отец гнусавого, и я остановила свой бег, уже спустив одну ногу вниз. Он гнусавил что-то о хорошей погоде и благоприятной осени, до которой был ещё месяц, как минимум. Дядька терпеливо ждал, когда он приступит к делу, о котором пришёл говорить и только поддакивал. Наконец, когда уже мне надоела его болтовня, гость заявил:

- Отдай Ташку за моего сына, Федриса. Он давно на неё поглядывает, уже с год, мы могли бы столковаться и объявить её его невестой до срока.

Дядька Риф встал и прошёлся по комнате, где принимал дядьку Шолдса, пока никак не обозначая своего согласия или не согласия. Потом ответил:
- Я не буду неволить Ташку. Пусть выходит замуж за того, кого выберет сама, когда вырастет.

Мужчина вскочил, как ошпаренный:

- Ты что, так не положено! Где это видано, чтобы девка выбирала сама? Идёшь на поводу у девчонки? Да кто она такая? То же мне, королеву растит!
- Она и так сирота, уже обидела судьба или кто... И потом, я же не говорю, что твой сын не может попытать счастья и поухаживать за ней, подружившись. Но она мала ещё для этого. И “гулять” с парнем, тем более, таким взрослым, как твой Федрис, ей уж точно рано. Вот через пару лет...
- Я тебя понял, - фыркнул дядька Шолдс и ушёл, хлопнув дверью.


Кубарем слетаю вниз и уставилась на Рифа, а он на меня. Тут я фыркнула и начала смеяться, и он вторил мне своим баском.
Увы, да, здесь так принято - сватать чуть не с пелёнок, и выдавать замуж лет с тринадцати, если уж кому-то было сильно невтерпёж. А в пятнадцать почти официально. До пятнадцати ждать ещё пять лет, но я в свои десять вовсе не спешила замуж и благодарна была дядьке за то, что стоял на защите моих свободы и выбора.

С этого дня началась осада крепости, то есть, меня. Они не давали мне прохода, и я почти перестала выводить козу с барашком на выпас самостоятельно. Безопаснее было отдавать их пастуху. Дядька Риф мрачнел всё больше. Я тоже подустала носиться, как заяц, по улицам, потому что даже просто в лавку не могла спокойно пройти - тут же появлялся Федрис с компанией, и начиналось преследование. Несколько раз меня отбивал, в буквальном смысле, Ригнар и мы, промучившись так год, в конце концов, договорились, чтобы объявить меня его невестой.

Родители Ри пришли к нам в один из выходных, и мы пошли в ратушу вместе с дядькой. Ригнар стоял уже там, ждал нас. Но ко мне не подошёл, подмигнул и пристроился в конце процессии. Войдя, прошли сразу в контору и застали там тётку Агнис. Выслушав нас, она задумалась. Потом, постучав пальцами по столу, сказала:
- Не могу, на неё, - кивнула в мою сторону, - уж есть заявление.


Дядька Рифат нахмурился:
- Мы согласия не давали. Кто это?


Хотя и так было ясно - кто. Федрис гнусавый. Так и есть, она назвала его имя.

- Я не выйду за него, - насупилась я.
- Ты ещё мала сама выбирать, - строго одёрнула Агнис.
- Так не она и выбирает, я выбираю, её опекун. Разве есть такое право - постороннему, в обход родственников, писать такие заявления?
- А ближайшие родственники и подписали заявление, - пожала она плечами и показала бумагу. Там стояли подписи всего семейства тётки Кайсы.

Так мы и ушли ни с чем.


- Ничего, - бодро сказал Ригнар, - не переживай, Ташка, я всё рано никогда тебя не оставлю, мы обязательно поженимся. Дождёмся твоих пятнадцати, и никто не сможет оспорить нашу свадьбу, - он осторожно дотронулся тыльной стороной руки до моей щеки, и я улыбнулась. Я ему верила - раз сказал, что никогда не оставит, значит, так оно и есть.


Но, как ни странно, натиск гнусавого “жениха” после этого ослаб. Но и встречаться с Ри мы уже не могли, обязательно появлялись парни и угрожающе следовали в некотором отдалении, не давая ни поговорить, ни сходить в Заводье, ни даже зайти ему к нам домой.


Относительно спокойно прошёл ещё год. На празднование дня рождения меня в ратушу не пригласили на этот раз, так как я - просватанная. Пусть жених, типа, подарки и дарит. Хотя и так не город одаривал. Но прийти поздравить кого-то никто запретить не может. Ри получил приглашение, и я иду туда, хотя дядька и отговаривает.


- Опять будут вопить, что мы договор нарушаем, - качает он головой.
- Я его не подписывала. Тётка подписала, вот пусть сама и соблюдает, - сержусь я до слёз. - Я хочу туда сходить, и я схожу!


Риф вздыхает и идёт со мной. Мы держимся за руки, как будто боимся, что меня утащат прямо с улицы. Поднявшись вместе со мной, довёл до дверей и остался ждать, усевшись на скамейку.
Я зашла с каким-то трепетом, как будто ждала чего-то необычного. Но там всё было, как всегда. Поздравления, песни местных тётушек и вызывание детей. На этот раз братьев не было. Это уже было хорошо. Я поискала глазами Ри и, увидев, улыбнулась. Он мне тоже, на этом наш “разговор” и закончился, так как напротив сидела тётка Агнес и строго смотрела на меня. Она недовольно поджимала губы, но вот, отвлеклась на список, и стала выкрикивать имена. Я уже хотела уйти “по своим делам”, зачем, собственно, и пришла, но... Неожиданно тётка Агнес замолчала и растеряно огляделась. Наткнулась на моё равнодушное, ничего не ожидающее, лицо, и процедила:
- Ташка Рифова!

Мои глаза округлились до невозможного. Мне? Подарок? Неуверенно поднялась и пошла к столу. Смотрю на неё и тётка, окинув оставшиеся подарки, пододвигает ко мне огромную коробку, на которой написано большими буквами -

“ТАШКЕ РИФОВОЙ”

Я её забираю и, смущаясь, краснея, иду на выход. Кто подарил мне это? Никто же не знал, что приду. Разве только... Вспомнила, как говорила пару недель назад Ригнару, что хочу прийти на дни рождения “по одному делу”. Кошусь на него, но он смущённо отворачивается. Потихоньку вынесла коробку и отдала дядьке:
- Я ещё посижу, немножко, - торопливо говорю удивлённому Рифу - он тоже не ожидал подарков для меня.
И быстренько возвращаюсь, но не туда. Меня интересует совсем другое. Минуя зал с поздравлениями, нырнула в коридор и вижу винтовую лестницу в башню... в сердце маяка... Бегом поднимаюсь туда. Высоко... В конце уже просто ползла по ступеням, опираясь сначала руками, а потом уже переставляя ноги. Хихикнула. Этакий паучок. Вот бы Ригнар смеялся, если бы увидел!
Ригнар... Ноет сердечко при одном только воспоминании о нём. Никогда не забуду, как он шёл тогда, в первый раз, вдоль забора и улыбался мне.

А вот и площадка, самый верх маяка. Подошла к той штуковине, где должен гореть, по словам дядьки, огонь. Стеклянный колпак прикрывает огромную свечу. Снимается или как оно тут действует? Трогаю осторожно и сдвинула в сторону. Значит, не закреплён. Кладу тут же рядом зажигательные палочки. Судя по тому, что здесь огромный слой пыли, сюда никто не ходил все эти годы. Посмотрела и решила палочки, всё же, спрятать. Мало ли... Заметила нишу рядом с фонарём и сунула туда. Со стороны, вроде, незаметно... Спуск обратно занял меньше времени, но, выскочив в коридор, слышу, как все кричат на все голоса:

- Ташка! ТАШКА!

Значит, всё закончилось и меня хватились. Тут же придумала, что сказать и, схватившись за голову, пошатываясь, иду туда, где все носятся в поисках меня. Первой на меня наткнулась тётка Агнес и ухватила за плечо:
- Где ты была??? Мы тебя обыскались просто!

Я скривилась и застонала.

- Что с тобой? - смотрит подозрительно. Я заваливаюсь на бок, и она едва успевает подхватить, закричав не своим голосом:
- Эй! Рифат! Иди сюда! Твоей Ташке тут плохо!


Он ворвался к нам и схватил меня на руки. Коробки нет. Где она? Не хочу оставлять её здесь.

Потихоньку спускаемся вниз, я иду на своих двоих, так как ступени крутые, совсем, как и в маяке, только каменные. Внизу вижу Ри, с коробкой. Дядька снова подхватывает меня и несёт домой, а Ригнар тащит следом коробку.

- Извини, - шепчу дядьке, - я лазила на маяк...

Он споткнулся и чуть меня не выронил.
- С ума сошла, - шепчет в ответ, но не опускает, несёт так до самого дома. Занеся и поставив на пол, вернулся за коробкой, которую Ри так и держит. Слышу его взволнованный голос:
- Что с ней?

Становится стыдно ужасно, но мне надо было туда сходить, а другой возможности легально и незаметно туда попасть не было. Не слышу, что говорит дядька, но вскоре калитка хлопает и он входит с коробкой.

- Давай посмотрим, что тебе тут подарили, - ворчливым голосом говорит мне. Я смотрю на него, но дядька качает головой и показывает - сама, сама. Вздыхаю и, зажав губы меж зубов, развязываю нехитрый бантик на верёвочке, которой коробка завязана. С волнением, и, даже со страхом, открываю крышку и замираю, онемев... У меня перехватило дыхание от того, что я там увидела. Это была так самая кукла, о которой я мечтала. Дядька начинает смеяться, но тихо и, кажется это у него нервное, точно.

Вытащила это чудо и ставлю на скамью. Она в том самом, красном платье и такой же шляпке. На скамейке она вровень со мной, и я смотрю на неё в немом восхищении, так как слов просто не нахожу. Меня волнует и наполняет восторгом даже не то, что она есть у меня теперь, когда, казалось, и ждать уже не было смысла, а то, что желание, всё же, исполнилось. Она пообещала, мигнула, я видела! Но я уже перестала ждать. Значит, всё у меня... у нас, получится! Я уверена в этом! Надо только терпеливо ждать. Несмотря ни на что!


Кукла Нара поселилась в моей комнате. Назвала её в честь дарителя, так как уверена была, что именно Ригнар подарил мне её. Я сажала свою девочку на кровать днём и укладывала в коробку, с мягкой тряпочкой на дне, на ночь. Ещё в коробке был орех, тот самый, исполняющий желания. Ригнар нашёл-таки способ подарить мне ещё один. О нём я промолчала и отнесла на чердак. Там был свой тайник для них, та самая “сокровищница”. Этот был третий.


Эпизод 7

События... много и разные


1

Конечно, я рассказала, как сходила на маяк. Порадовались, что никто меня не увидел (иначе искали бы там) и я в подробностях рассказала, что видела.

- Фонарь огромный-огромный! Под стеклянным колпаком, - делилась я впечатлениями, - думала, что не смогу открыть. Но он легко сдвигается. Я там оставила палочки, на всякий случай.

- Какие палочки? - удивился дядька.

Я снисходительно смотрю на него:
- Зажигательные.

Он прижимает меня к себе, и мы сидим так некоторое время. Нам вообще очень хорошо вдвоём, уютно, и понимаем друг друга с полуслова.

Время летит быстро. Мне тринадцать. Я отвоевала себе право ходить и не оглядываться. Думала, всё, вздохну спокойно. Но не долго дали отдыхать... Видно, у кого-то не хватает терпения ждать, как у меня.

...Как-то, уже привыкнув, что никто меня не трогает, только издали наблюдают, вывела своих любимцев на прогулку, на выпас. И, как повторение не выученного урока - вижу троих, явно направляющихся ко мне.
Пройдут мимо, не пройдут? Нет, не прошли. Остановились и встали вокруг, с интересом разглядывая, как... Непонятно, как. Я смотрела на них, так же разглядывая каждого по очереди, и ждала, что они скажут. Зачем-то же встали передо мной. Третий был Федрис. Поскольку мне красота была вообще ни к ему, то определить ни его, ни братьев по этой категории не могла. Для всех троих было одно определение - гадкие и противные, ехидные и лживые. Так что, зря этот... который жених, передо мной выставляется, выпятив и губу, и грудь колесом.

- Ну, и что, где твой ухажёр? - насмешливо спросил, наконец, Хендрик.


Я пожимаю плечами:

- Работает, я думаю.
- Ну, да, нищие обязаны работать, - кривит он противную физиономию, и вся троица смеётся. - Но не долго ему тут работать осталось.

Я кусаю губы. Вот, чего надо? Чего привязались? От угрозы отмахнулась - они всегда грозятся то одно сделать, то другое, но так и не исполнили ни одной угрозы.

- В общем, так, с сегодняшнего дня ты будешь встречаться вот с ним, - на этот раз свой рот открыл Энах и кивает на Федриса.

Я округляю глаза и смотрю чуть не с ужасом на гнусавого. Мало того, что он взрослый, за двадцать уже перевалило, мало того, что гнусавый, так ещё и что? встречаться с ним? Это как? А уговор? Впрочем, мне в начале лета исполнилось уже тринадцать... Ответила быстрее, чем подумала:
- Мне некогда встречаться, я нищая, работать приходится.

Они веселятся.
- Вот, а будешь встречаться с Федрисом, из нищеты вылезешь.

Я не отвечаю на такую глупость. При чём тут всё это вообще? Помню, конечно, что просватывают девочек рано, а замуж выдать могут в пятнадцать. Но, чтобы встречаться с кем-то вот так, по приказу...

- У меня есть дядька, вот с ним и договаривайся, а мне на ваш договор наплевать, я его не подписывала, - повернулась к гнусавому.


Но братья ржут снова:
- Мы ближайшие твои родственники, - хмыкает Энах, - этот твой “дядька” тебе никто, он просто из одной деревни с твоей матерью, приехал за ней, когда она замуж за нашего дядьку Холена вышла, за отца твоего. Так что, он твой опекун по ошибке и скоро ты переедешь к нам жить. Поняла?


Это было, как удар в поддых. Я сидела и ловила воздух ртом, задыхаясь, сама не понимая, от чего. Потом медленно поднялась и подошла к своим подопечным. Отвязала их, как во сне, и повела домой.

- Эй, стой! Мы не договорили ещё! Стоять, отродье Талиссово!


Талисса - моя матушка. И он сейчас не меня обозвал, а её оскорбил. Я не могу быть отродьем. Матушка честно любила отца, и я родилась через год после того, как они сюда приехали. А когда приехал дядька, я не знаю. Вообще думала, что он тут всегда жил. Поэтому, я нагибаюсь и беру первую попавшуюся палку в одну руку, камень в другую, и поворачиваюсь к нему:
- Повтори, кто моя мать?

Энах попятился:
- Ненормальная, угомонись.
- Когда вы все угомонитесь и оставите меня в покое? Сколько себя помню, от вас покоя не было ни мне, ни матушке. Что вам надо от нас?

Я продолжала наступать, но не учла, что их, всё же, трое. Один оказался сзади и когда, я не увидела. Хендрик ухватил за высоко поднятую палку и дёрнул на себя. Но тут же заорал не своим голосом и, выпустив моё “оружие”, полетел прямо на меня. Еле успела отскочить. Братец пролетел довольно далеко и “приземлился” носом в землю. За его спиной стояли мои умнички, мои любимцы, с грозно опущенными рогами. Кто из них первым боднул Хенда, не знаю, но оба стояли, опустив рога и роя копытами землю. Я тут же прыгнула к ним, и мы так и стояли - я с палкой и каменюкой, они - с рогами-копытами, а парни, явно, струхнув, мялись напротив.


- Ты... Скажи своим “собакам”, чтобы успокоились.
- Они успокоятся, только когда вы уйдёте. Забирайте Хендрика и проваливайте!

Удивительно, но они послушались, подняли хромающего Хенда и увели его прочь.

2

Отведя любимцев в сарай и приготовив ужин, я вышла за ворота. Хотелось пройтись до Заводья, так как был уже вечер и все, кто хотел, давно искупались, но вдруг услышала шум в конце улицы и гиканье со свистом. Показалась вдалеке тележка и на ней сидел какой-то мальчишка. Местные развлекались так каждое лето и не по разу - кого-то, самого смелого, сажали в тележку и, поскольку здесь дорога шла на спуск, то со всего размаха, доехав до края обрыва, она подлетала на краю спуска вверх и с шумом падала в середину Заводья. Парню надо было просто вовремя спрыгнуть с неё. На самом деле, ужасное, на мой взгляд, развлечение. И да, было пару раз, когда мальчишка не рассчитывал своих действий и тележка падала ему на голову. Один так и утонул, не успели вытащить. Но никому урок не пошёл в пользу. Проводив галдящую ораву взглядом, поняла, что купание отменяется. Да и, в последнее время, воды там стало и больше, и она стала холоднее. Плохо прогревалась, не смотря на жаркое солнце.

Увидела тётку Мэллу. Ко мне? Дождалась у калитки, и мы вместе вошли в дом. Она предложила поучить меня готовить жаркое с мясом, пока нет дядьки, на что я охотно согласилась. Мы чистили, резали овощи, плакали от лука, смеялись. Было легко и весело, но вот, когда почти всё было готово, доходя в томлении под крышкой в печи, тётка повернулась ко мне и сказала:
- Ташка, ты знаешь, как мы все любим тебя и ждём, когда ты вырастешь.

Я насторожилась, и улыбка сползла с лица. Но жду, что она скажет дальше. И она продолжает осторожно:
- Ригнару надо уехать на пару лет. Не потому, чтобы проверить чувства его к тебе. Он влюбился в тебя, как только увидел, - она ласково посмотрела на меня, - по своим делам, вернее, по семейным. Поэтому ты сможешь приходить к нам в любое время спокойно. Это же хорошо? - она заглядывает мне в лицо и ждёт с волнением, что я отвечу.

Я киваю. Хорошо, да. В гости. А зачем, если его там не будет? А как же лес и город? Мы его так и не нашли ещё. Вдруг улыбнётся удача и мы, всё же, на него набредём... но она продолжает:
- От него будут вести приходить к нам домой раз в неделю, в середине, но ты приходи по выходным. И мы будем отдыхать в этот день, и ты. Чтобы не дразнить местное общество. Ты не думай, он вернётся, обязательно!

Снова киваю и отворачиваюсь к окну. О, дядька идёт... Шумно встаю и иду встречать.

- Там тётка Мэлла пришла, - говорю бесцветным голосом и он улавливает моё настроение, подняв брови и хмурясь.
- Что-то случилось?
- Ничего особенного... просто Ри уезжает... на два года...

И рванула на чердак. Слышу, как он входит на кухню и здоровается с тёткой. Они обмениваются приветствиями, и он спрашивает:

- Это правда? Он уезжает?
- Ты и сам знаешь, что пора... Ташка приготовила тебе жаркое.
- Дааа, запах на всю улицу, я его ещё за два дома учуял. Спасибо, что не оставляешь её. Без женщины трудно девочку растить.
- Я кое-что слышала... про Кайсу...

Он поднялся, зашумев скамейкой, отодвигая её от стола:
- Пойдём-ка во двор, мне надо этих рогатых келв проведать, копыта там, шерсть, рога...

И они ушли. Что-то происходит вокруг, а я ничего не знаю. Они явно пошли секретничать в сарай, чтобы я не услышала. Слетаю с чердака вниз и потихоньку выскальзываю во двор, следом, но уже поздно, они мирно стоят у ворот и прощаются.
- Пока, Ташка! До встречи, - говорит тётка при виде меня. Я вяло машу ей, пытаясь улыбнуться.

Мы вернулись в дом, на кухню. Я кормлю его и, дождавшись, когда тарелка опустеет, спрашиваю:
- Это правда, что ты мне никто?
- Спасибо, - бормочет он, - что дала поесть... Как же - никто, Ташка? Столько лет мы вместе, и я ни разу не обидел тебя, забочусь, как могу...

Я отмахиваюсь от его слов:
- Я тебя тоже люблю и роднее никого нет. Я не о том. Приходили сегодня на выпас братья и сказали мне, что ты мне не родной, а просто жил в одной деревне с матушкой и приехал за ней следом. Так это?
- Так, - кивает серьёзно.

Я молчу, переваривая услышанное. Потом продолжаю:
- Они грозятся отобрать меня у тебя, как незаконного опекуна, как неродного, что ты обманом меня себе забрал. Сказали, что послали куда-то там запрос, что ли, - кошусь исподлобья, потому что последнее я придумала и жду его реакции.

Никогда не видела его таким бледным. Причём, он побледнел в одно мгновение.
- Не бойся, мы ещё поборемся с ними, - но вижу, что зол и сильно.

Событий на сегодня полно, но я надеюсь, что больше не отключусь, как в прошлый раз. Иду спать, опустошённая и вялая. Беру Нару и кладу с собой. Очень боюсь, что меня отдадут этой семейке. Что меня там может ждать, даже страшно представить. А дядька всю ночь копал колодец на заднем дворе, чтобы я не выходила лишний раз за ворота.

3

Через несколько дней исчез из города отец этого семейства, дядька Толд. Куда - никто так и не понял. Искали с месяц, но так и не нашли. Видимо, в связи с его исчезновением, нас надолго оставили в покое.

Правда, “жених” не раз делал попытки со мной “подружиться”, приглашал на танцы на площадь по выходным, но я, по уговору, уходила в этот день с утра к Мэлле и сидела там до вечера, занимаясь разными делами - тётка учила меня и готовить, и шить, и даже вязать. Там же мне читали послания Ригнара, где он рассказывал разные разности про горы, про деревню, в которой жил ”по делам,” и обязательно передавал мне приветы. Я краснела и опускала глаза. Там и дожидалась дядьку. Я не боялась Федруса, но и встречаться наедине не хотелось до дрожи.

- ...Ладно, его понять можно, может, и правда, нравлюсь так сильно, - рассуждаю сама с собой, - но какой интерес тётке с братьями в этой его женитьбе на мне? Непонятно...

Я раскраиваю ткань, что подарила мне тётка Мэлла. Хочу сшить платье себе и из остатков - обновку Наре. На четырнадцать лет мне подарили и эту ткань, и кружева. Так что, выбора не было - платью быть! Дядька что-то чинит рядом, орудуя огромной, толстой иглой. Он слушает меня, но пока помалкивает. Сдаётся мне, он знает значительно больше, просто делиться не хочет. И это обижает.

- Как думаешь, кружево по низу пришить или чуть выше, между двумя кусками ткани? - советуюсь с ним. Мне надо его разговорить, вдруг, всё же, поделится чем полезным.
- Давай по самому низу, а то кружево очень прозрачное, не учёл я этого...

Я смеюсь:
- Ты, что ли покупал?

Он хмыкает:
- Заказывал одному знакомому. Он ездил в Орбух и я попросил купить кружева для тебя. Но не учёл, что надо бы подсказать, какие лучше. Ну, ничего, пришьёшь по низу и будет нормально.

Заметила, что в последнее время он совсем не смеётся. Всё больше сосредоточенный и хмурый. Только, кода на меня смотрит, разглаживаются глубокие морщины.
Платье получилось немножко больше, чем планировала, но ничего, вырасту же ещё. Так что, я довольна своей обновкой. Чтобы кружево не волочилось по земле и не пачкалось так уж сразу, подпоясалась тонким ремешком, покрутилась перед дядькой, и он расплылся в довольной улыбке:
- Красавица!

И тут же озабоченно нахмурился:
- Придётся тебя всюду сопровождать...

Я вздыхаю. И не “красавицей” когда была, всё равно приходилось за мной приглядывать. Вот ведь напасть!
- Мне кажется, этот гнусавый уже из чистого упрямства за мной бегает, - качаю головой.
- Да нет, есть там одно... - брякнул дядька и тут же засобирался, отложив свои ботинки, которые чинил. - Надо к дружкам твоим заглянуть, давно не убирался у них.

Врёт, каждый вечер убирается. Сболтнул лишнее, а что именно - говорить не хочет и снова сбегает в загон. Сегодня не воскресение, но очень хочется показать обновку тётке Мэлле. Неуверенно смотрю на дверь, перевожу взгляд на окно - дядька скрылся у мебеков. Это надолго... Быстренько выскакиваю со двора и мчусь к ним задними дворами. Уже смеркается, вечер. Может, никто и не увидит. Выбежала перед их домом, но вижу, что окна все тёмные. Никого нет? И куда они делись? Хм... Не говорила она в то воскресение, что куда-то собираются. Впрочем, и я не должна была приходить. Поднимаю голову и смотрю на маяк. Сама не понимая, что делаю, иду к нему и поднимаюсь по ступеням. Вдруг слышу голоса. Они внизу, как раз там, где я только что была. Братья с гнусавым. Внутри всё похолодело. Прижалась к скале и слушаю.

- Видел, куда она потащилась? - это Хендрик.
- Нет, не видел, - Энах...
- Что за зараза такая, - злится Хенд, - не успеешь глазом моргнуть - уже нет.
- Может, к ратуше подалась? - неуверенно говорит Федрис, но братья смеются одновременно:
- Что ей там делать в потёмках? Да и закроют её через несколько минут. Впрочем, можно же подняться...

Я не дослушиваю, какое решение они примут и, разувшись, лечу птицей наверх. Успела заскочить внутрь и спрятаться под лестницей, когда услышала их запыхавшиеся голоса. Они вошли, всё же, и уже протопали в контору.

- Доброго вечера, дядька Панскит, - отдышавшись, гудят они, - тут мы вот, мимо проходили... а ты один, что ли? А где тётка Агнес?

Он сильно озадачен их визитом.
- Чего-то хотели? Мы, вроде, все вопросы по вашему делу решили, что-то не так? Или вы решили отступиться от Ташки и забрать заявление об опекунстве над ней? Подтверждения так и не было, а её опекун ведёт себя очень достойно, подкопаться не к чему.
- Нет, нет, не хотим... всё в силе! А... никто не пробегал тут? Не приходил никто? Не слышал?
- Не слышал. Кому тут, на ночь глядя, бегать. Всё, и правда, время вышло, пошли, парни.

Они ушли, свечи задули и двери закрыли. Слышу, как ключ повернулся три раза. Вот это новости... Подошла, послушала - голоса всё тише и тише. В конце концов, совсем затихают внизу. Попалась... А как же дядька? Теперь же с ума сойдёт! Надо выбираться и побыстрее! Но вместо этого ноги сами несут на винтовую лестницу и дальше, всё выше и выше... Я забралась туда, где был фонарь, и вышла на балкончик. Интересно, видно меня снизу? Надеюсь, что нет. Подняла голову на небо - сколько звёзд! И все почти рядом. Красота! Солнце отсюда ещё видно, вон, осталась полосочка, а с земли уже закатилось за горы. Вспомнила про огонь. Может, зажечь сейчас? Эх, не спросила у дядьки Рифа, когда лучше... Вдруг мелькнула над головой тень, и я снова поднимаю голову. Очень высоко летит птица, но даже в темноте видно, что она огромная. Я тут же размечталась - вот бы это был дракон и он бы прилетел, сел тут, на перилах, потом взял меня на спину, и мы бы полетели к дядьке, чтобы он не волновался.

“- Ташка, Ташка, тебе уже четырнадцать, можно сказать - почти замужняя девушка, а такие глупости приходят в голову... Неужели всё ещё веришь в драконов? А вот, интересно, какие они по величине, драконы эти? Если сильно большие, то, пожалуй, здесь и не поместится ни один.”

Я хихикаю потихоньку, машу птице рукой и спускаюсь вниз. Надо выбираться. Дядька меня прибьёт... Давно пора за меня взяться. Осмотрела все окна и нашла одно, у которого задвижка легко открывалась, что я и сделала. Быстренько вылезла и припустила вниз. Ну, как припустила... Держась за стенки и перила, ковыляю, всё ещё босиком, по остывшим ступеням. Страшно боялась, что мои преследователи всё ещё толкутся там, но никого не вижу. Зато вижу чуть позже грозную фигуру дядьки. Рифат искал, разумеется. Он ухватил меня под руку и потащил молча домой. И только, заведя на кухню и усадив на лавку, воззрился грозной тучей.

- Где ты была?
- Ну... я хотела показать платье тётке Мэлле, но её не оказалось дома. Ни её, ни дядьки. А тут эти образины откуда-то вынырнули. Я и спряталась. Сначала на лестнице, но они решили проведать дядьку Панскита и мне пришлось бежать наверх и прятаться в ратуше, под лестницей. Они зашли и искали меня там. Ах, да, они говорили о договоре.

И я пересказала всё, что услышала. Дядька кивнул и, смягчив взгляд, поинтересовался:
- Как же ты вылезла оттуда, если уже пару часов назад ратушу закрыли?
- Я сначала на маяк залезла... - призналась ему. - Посмотрела, какие оттуда звёзды большие, посмотрела, как заходит солнышко, оно ещё не зашло, с той высоты его ещё видно было... А ещё видела огромную птицу. Правда, что за птица, не поняла, и темно, и высоко она летела. Помахала ей и полезла вниз. Там открыла окно и выбралась наружу.

Он вздохнул, как маленькую, погладил по голове и отправил спать.

И снова мне снился дракон. Огроменный! Он спикировал на меня и подхватил в лапы...

4


Иногда просыпаться совсем не хотелось. Потому что теперь дракон снился почти каждую ночь. Он был чёрный, но, думаю, только потому, что всегда вижу его лишь ночью. Может, днём, на свету, он другого цвета?
Весна пришла неожиданно быстро. Только дули холодные, пронизывающие ветра, а вот уже цветы на деревьях и ветер тёплый и ласковый.



Сегодня выходной, но я решила уйти в лес. Давно не была там. В последний раз с Ригнаром. А теперь его нет и я забросила прогулки. Что подтолкнуло сегодня пойти, сама не знаю. Без него скучно везде, не только в лесу. Жду Ри с нетерпением, он обещал в последнем письме уже очень скоро приехать. Интересно, какой он стал за это время? Вырос? Скорее всего, да. Хочется уже увидеть его улыбку и глаза...



Ухожу рано утром, только-только засветилась заря с правой стороны Драконьих гор. Я надеваю плащ, напяливаю на макушку капюшон, и мы отправляемся. Жёлтый плащ, который подарил Риф на день рождения, я уже износила. А в этот раз мы вместе ездили в Орбух и я сама выбирала обновку. В ратушу за “подарками” и я не ходила, и они не звали больше.

Мы недолго ходили по рядам рынка. Разузнав, где продают плащи, сразу туда зашли и я ткнула пальцем в этот, серого цвета. Дядька хотел, что поярче, выбрать, но я покачала головой:

- Купи этот, чтобы не сразу видно было со стороны, - и подмигнула.



Он вздохнул и купил. Там же купили и новые ботинки. Ему рубаху и шляпу. Старая была безжалостно сжёвана Бекой.



И теперь я шла по городу серой мышью, как большинство жителей Фискадо. Зайдя уже в лес, перед тем, как затеряться между деревьями, обернулась - нет ли кого сзади. Никого не увидев, углубилась в чащу. Шла неспеша, ломая по пути разные веточки, собирая их в огромный “букет” для Меки, угостить её. Так незаметно дошла до нашего болотца с пиуккой. Она ещё не созрела, но была уже вся в цвету. Красивые золотистые лепесточки. Жаль, солнца для них не особо много было, а то поляна, наверное, вся сила бы золотом. Полюбовавшись на красивые цветы, залезла на “наше” с Ри дерево - густое, ветвистое. На нём были пара веток, которые мы использовали, как ступеньки. По ним удобно было забираться почти до середины и там, между толстых ветвей, было удобное местечко, чтобы нам двоим можно было посидеть. Что мы и делали. Я с час предавалась воспоминаниям и мечтам. Уже хотела спуститься вниз, как услышала треск ветвей. Сначала испугалась, что зверь какой, хотя кроме зайцев, кротов и лис никого не видела до сих пор, но тут, помимо треска, раздались голоса. Прислушавшись, затаилась. Из-за деревьев показались две фигуры - тётка Кайса с Хендриком. Они остановились в двух шагах от меня.



- ...думаешь, не найдут? - спросила тётка сына.

- Не должны, - буркнул он. - Дожили! Чтобы поговорить, надо в лес уходить. - А кто их знает, этих соседей! Вроде, и сына их больше нет, а веселятся, будто он и не уехал вовсе. Может, тут где живёт, тайно? Прошерстить бы лес, проверить. А эта где, Ташка? С утра не видно.



Ого! Они каждый день проверяют, дома я или нет? И, наверное, все встречи наши с Ри у них на учёте?

- Не знаю. Уже давно бы поженили их с Федрисом, а там и земля будет наша, и дом. Столько лет никак не можем дом отобрать. Жалеете её, что ли, матушка?

- Кого? Эту дурочку? Делать нечего. Я, ещё когда её мамаша была с ней в тягости, хотела ей выкидыш устроить, да не получилось, живучие обе. Гнусавый такой же дурачок, уже бумаги на дом мне подписал. Как только женится на ней, сразу мне и отдаст его. Ладно, пошли домой.



Я решилась спуститься только через полчаса. О ком они это говорили вначале? Кого - “не найдут”? Ригнар уехал сам, а пропал... пропал пока только дядька Толд. Я ахнула! Неужели они его... убили? Сыновья с женой. Ведь такого не может быть... Спрыгнула с последней ветки и подошла к болотцу. Поскользнувшись на мокрой траве, я неожиданно полетела в болотце, прямо в цветущую пиукку. Правда, удачно полетела, лицом и руками вперёд. И тут же почти встретилась с ним нос к носу, с дядькой Толдом. Он лежал и спокойно смотрел из воды. Правда, не на меня. В небо.



Домой пришла, как в тумане. “Букет” из веток так там и остался, в лесу. Говорить или нет в ратуше? А Рифу? Неужели, это они? А за что? Почему?

Всё же, когда пришёл дядька домой вечером, не смогла смолчать, сказала о находке. Дядька помрачнел и кивнул:

- Знаю уже, давно. Ещё, когда Мэлла приходила сообщить об отъезде Ригнара.

- А, это она про него тебе тогда на дворе сказала?



Он снова кивнул:

- Про него.

- И что делать-то? Сказать в ратуше?

- Нас и обвинят. Я пришлый, “ущербный”, неудобный для них всех, мешаюсь тут под ногами, а ты - дочь пришлой. Кому поверят быстрее? Вдове, лишившейся мужа, кормильца или нам с тобой? Вот то-то... А ты больше не ходила бы в лес. Ничего, скоро Ригнар вернётся. Может, успеем вас поженить. Ты только жди...



Он первый раз об этом заговорил, о нашей с Ри свадьбе. А я что, я ждала, разумеется.



Сегодня он решил побаловать меня новой историей. Давно не рассказывал, а тут расщедрился.

- Ты ещё хочешь слушать сказки? - неожиданно для меня спросил Риф.
- Если про драконов, то да, - закивала я энергично.

Он засмеялся и кивнул в сторону моей комнатки:

- Иди, устраивай своё гнездо, я сейчас чай принесу.
- С баранками? - кричу уже в спину.
- Лучше! - уже из кухни слышу его голос.


Я быстро устраиваю себе гнездо и недоумеваю - что может быть лучше баранок? Торт? Сахар? Дядька вносит деревянный поднос с кружками, но с кровати не видно, что там ещё. Ставит поднос мне на ноги и я, кроме кружек с паром ничего не вижу. Обиженно дую губы, уже хотела даже сказать - обманщик, нет же ничего, как он из кармана вытаскивает довольно объёмный кулёк и кладёт между кружками.

- Что это? - я смотрю с любопытством, предвкушая какое-то лакомство.

- Ну, смотри, это же твоё, - хмыкает Риф. Хватаю кулёк и разрываю в нетерпении бумагу. На поднос сыпятся засахаренные орешки. Какая же это вкуснятина! Я их просто обожаю! Пищу от радости и начинаю закидывать один за другим в рот. Потом протягиваю горсть Рифхату:
- Погрызи.

Но он качает головой:
- Ты ешь, ешь, а я буду рассказывать. Сегодня я тебе расскажу легенду.

Он помолчал немного, как бы собираясь с мыслями, а потом начал рассказ:

- ...Пришлые принесли не только себя, свои одежды, наглость и хамство, но и свои обычаи, правила и стали их усиленно внедрять в... в жизнь драконов. Одним из их обычаев был, как раз, тот, когда девочек можно было забирать себе кому угодно и в любом возрасте. Это сейчас хоть немного, но упорядочили, ограничили возрастом, но тогда было просто - понравилась, за неё платили родителям и забирали. А что там дальше с ней будет, никому уже было неинтересно. Но до поры драконьих дев не трогали, их это не касалось. И вот как-то в Драклэнд, город Драконов, приехала одна семья с маленькой девочкой. Уже зная об обычаях пришлых, расселившихся здесь, родители очень её оберегали и даже прятали до времени.


- А семья-то чья была? Драконья или пришлых? - не удержалась я от вопроса.
- Драконья. Они приехали из дальней провинции в столицу, которой город у моря считался на тот момент.

...Но так не могло длиться бесконечно. Однажды её увидели на праздновании в честь богов и были поражены, как её красотой, так и скромными манерами...

Я фыркнула под одеялом - мои манеры уже давно далеки от манер вообще. Так себе манеры... Дядька покосился на меня и, улыбнувшись одними глазами, продолжил:

- Сразу три семьи пришли к ним просить отдать девушку им. Одна из них была драконья и она была предпочтительнее, разумеется, но две другие - пришлые, и они не собирались уступать парню-дракону. Девушку и её семью стали закидывать подарками и просто не давали прохода. Отец уже принял решение уехать оттуда, чтобы уберечь дочь от такого натиска, но парень-дракон уговорил их, пообещав буквально на днях жениться на Бриане. Он уже всё подготовил и, когда шёл к ним за невестой, его подкараулили оба соперника и, вероломно напав, убили. Бриана же, выйдя ему навстречу, увидела, что произошло, и бросилась бежать, но, так как они не давали вернуться ей к дому, она бросилась к морю. На берегу, на счастье, была только одна лодка и она, прыгнув в неё, уплыла к маяку.



Я опять встряла и пробурчала недовольным голосом:
- Такие же наглючие, как братцы мои и этот гнусавый, один в один.

Дядька кивнул задумчиво и продолжил:

- Пока “женихи” искали лодки, она успела и приплыть, и подняться на маяк, на самый верх. Тогда свет горел там постоянно, зажигаясь самостоятельно с закатом и потухая с рассветом. И в этот раз тоже горел, так как закат уже начинался. И как только она вышла на балкон, увидела две лодки, плывущие к острову на перегонки. Бриана поняла, что попала в ловушку. Отсюда она или выйдет чьей-то то ли женой, то ли рабыней, или... Она встала спиной к перилам балкона и стала ждать.

Поднялся к ней только один и, ухмыляясь, подошёл. Но она села на перила и, перекинув ноги в ту сторону просто полетела вниз...

- Да как же так! Она же дракон! - моему возмущению не было предела.

- Не всё так просто у драконов. Два года надо этому учиться и называется это Алоквинг - встать на крыло. И учатся этому года два, кому как повезёт. Её время ещё не пришло. Слушай, уже конец скоро...

- Парень хотел её схватить, но не успел, и, сильно перегнувшись, полетел следом. Она к тому времени достигла воды и, ударившись о поверхность, внезапно даже для себя, обратилась в голубого дракона и тут же поднялась волна... огромная волна и вынесла её на своём гребне далеко отсюда, застыв великолепной ледяной глыбой-стеной, переливающейся в розовых отблесках заката.
- А почти все потому, что не все ещё могли обращаться, не все ещё встали на крыло. Поэтому среди нас полно ещё драконов, - пояснил мне Риф, видя, что я снова высунула нос из-под одеяла. Я кивнула и зарылась обратно, слушая с замиранием сердца.
- Бриана же, оказавшись на самой вершине горы, в сердцах... ну или ей боги велели это сказать, кто ж сейчас скажет, крикнула и эхо разнесло это на дальние расстояния:
- Проклятый народ... и его прокляла даже не я, а задолго до меня, другие народы... Все, кто может и хочет, летите в новый город, который мы отстроим за этими горами! На месте же этого не будет ничего, только слёзы драконов... и они будут охранять развалины старого... Только тогда, когда на маяке зажжётся вновь свет, откроется путь в новый город оставшимся. А море вернётся обратно...



И тут же стали подниматься в небо драконы. Их было много, но, увы, все не смогли... Оставшиеся уезжали в дальние города и деревни, ждать, когда же зажжётся вновь маяк, который потух сразу, как Бриана достигла поверхности моря.




Он замолчал, задумчиво уставившись в окно. Я тоже задумалась и свои предположения не спешила высказывать. Но, сдаётся мне, время “зажжённого маяка” уже близко.



Жду Ригнара, он обещал в последнем письме уже очень скоро приехать. Интересно, какой он стал за это время? Вырос? Скорее всего, да. Хочется уже увидеть его улыбку и глаза...

И он приехал! Как раз перед моим днём рождения! Такой дорогой подарок, не передать! Он нагрянул с утра, когда было совсем рано, и я его узнала только по улыбке. Схватил в охапку и закружил. Я спряталась у него на груди, смущаясь, а дядька сидит, улыбается только вовсю, чего давно не было. Ри нежно прикасается к моей щеке, губам тыльной стороной ладони, и я совсем не против. Так соскучилась, что готова сама поцеловать, но пока нельзя.

Мы садимся пить чай на кухне, занавесив окна шторками и болтаем обо всём на свете. Но меня смущает, что он не очень искренне отвечает на мои вопросы о том, что он там делал целых два года. По крайней мере, мне так показалось. Вроде, ответил, но я не чувствую его ответа. Странно и заставляет задуматься. А вдруг... его там женили, а он не хочет озвучивать, огорчать... Смотрю снизу вверх - он вырос и возмужал! И смотрит так, что я отбрасываю все мысли - не может он меня обмануть! Вот Федрис - да, запросто...
Успокоившись, расслабилась и отпустила все переживания.

Дядька рассказывает ему, как я снова попала на маяк, и он очень серьёзно смотрит на меня:
- Смотри, Ташка, будь осторожна. Они могут и караулить там рядом, раз попытались поймать. Лучше пока повременить со встречами. Немножко осталось. Веришь?

Я киваю:
- Верю, Ри...

Он ушёл от нас через калитку за домом. Видел кто или нет, не знаю, но в этот же вечер к нам пожаловали из ратуши с официальным приглашением - явиться обоим для разбирательства дела. Какого - не уточняли.

...Конечно, мы посетили ратушу. Оба работника - и тётка Агнес, и дядька Гурис хмурятся и на нас особо не смотрят, всё больше на бумажки, разложенные на столе, которые они перекладывают с одного места на другое. Потом она и вовсе вышла. И Гурис, наконец, разговорился:
- Понимаете, пока нет подтверждающих документов, что вы родственник Ташки. Я даже не знаю, что делать с вами. Выехал наш один сотрудник, так что имейте в виду... на всякий случай. Может, вам уехать? - он смотрит на дядьку тоскливыми глазами.

Риф хмурится всё сильнее.
- Я и так здесь живу только из-за неё. Если отпустите и её со мной вместе - уедем.
- Нет, что вы, что вы! - Гурис замахал руками, как крыльями, - Ташку мы не можем отпустить, не имеем права, у нас договор с семьёй её жениха подписан! Они тогда нас со света сживут, - смотрит так испуганно, что я начинаю смеяться. Но мой смех нехороший и дядька тянет меня за руку на выход.

Но я кидаюсь на стол:
- Вы боитесь эту гнусавую семейку? А за меня вам не страшно? - я со злости приблизила к нему лицо почти нос к носу, перегнувшись через стол, отчего тот шарахнулся и чуть со стула не свалился. - Что со мной будет, не думали? Вам же наплевать на меня! Вам, главное, договор соблюсти, который я даже не подписывала и в глаза не видела! Я хочу его видеть. Покажите мне договор.

Всё это время дядька пытался меня утихомирить, но во мне как будто проснулся тот самый дракон, о котором упоминал не раз Риф.

- Я... не могу... он в конторке лежит, а ключ у Агнес.

- Ещё раз скажете мне про договор с ними, я вам такое тут устрою, пожалеете, что работаете здесь. Сами будете мечтать уехать, ПОНЯТНО!? - рявкнула снова ему в лицо и, наконец, дядька смог меня утащить оттуда.


Дома я сижу, “наказанная”, чищу овощи впрок. С луком, конечно. Как сказал Риф, монотонный труд успокаивает, да и, мало ли, для чего и когда пригодятся вкусные овощи с луком... Чищу, нарезаю на дольки, лью слёзы луковые, и складываю в небольшие, глиняные бочонки. Готовые Риф сам запечатывает и уносит в погреб со льдом. Лёд приносят с гор, откалывая его кусками. Надолго хватает.

- Страшна ты, Ташка, в гневе, - качает он головой, унеся последние банки и устраиваясь рядом на скамье. Закончили мы в полночь. Он, всё же, улыбается. - Истинный дракон. Как вспомню, как ты на мальчишку с лопатой выпрыгнула... мне самому страшно тогда стало, а уж, как он испугался, наверно, - теперь Риф уже хохочет.
- Не сильно и испугался, если приходил потом с одним из братьев и жаловался на меня, что я его, бедненького, обидела, - бурчу я.

День рождения прошёл грустно. Никто не пришёл, хотя я ждала, конечно. Вроде, и приехал Ригнар, но встречаться не разрешают. Хочется тётку эту, Кайсу, просто прибить. Хоть той же лопатой. Всю жизнь мне житья не давали - то сыновья её, то теперь все вместе.

Этой ночью приходили снова, видимо, “поздравить” хотели. Но мы не открыли, конечно. А они полночи орали, угрожали и мне, и Ри, стучали в ворота, пока соседи не вызвали стражников. Тогда только угомонились
продолжение - конец - https://www.stranamam.ru/post/14978178/
Печать Получить код для блога/форума/сайта
Коды для вставки:

Скопируйте код и вставьте в окошко создания записи на LiveInternet, предварительно включив там режим "Источник"
HTML-код:
BB-код для форумов:

Как это будет выглядеть?
Страна Мам → Рассветы-4
Эпизод 6
Исполнение желаний
1
Конечно, я рассказала о своих видениях во время болезни, и дядька не придумал ничего лучшего, как перестать рассказывать мне свои сказки. Я дулась, но он был неумолим:
- Раз ты так всё принимаешь близко к сердцу, то лучше тебе и не рассказывать их.
И долго не рассказывал, с год, наверное. Я же не оставила своей идеи найти город. Читать полностью
 

Комментарии

gagau
29 августа 2022 года
+2
Классно,хочется читать и читать. Очень переживаю за Ташку,хочется что б у неё всё было хорошо.
Руслёна (автор поста)
29 августа 2022 года
0
Да, ей нервы потрепала семейка родственничков((
Забава Путятишна
29 августа 2022 года
+1
С нетерпением жду продолжения
Руслёна (автор поста)
29 августа 2022 года
+1
Йес)) Спасибо!
СолнцЕ82
29 августа 2022 года
+1
жду продолжения
Руслёна (автор поста)
30 августа 2022 года
0
Ща кину)) Как проснулась, кошку накормила, кофе. напилась... ой, даже не допила ещё!_))) но уже кидаю!
СолнцЕ82
30 августа 2022 года
+1
Руслёна (автор поста)
30 августа 2022 года
0
Аделя Шибанова
30 августа 2022 года
+1
Бывают такие противные родственники, то нос суют в твои дела, то законное отбирают
Руслёна (автор поста)
30 августа 2022 года
+1
Да уж... Мне не приходилось с таими родственниками сталкиваться, но есть примеры так что, "срисовано" почти с натуры.
Аделя Шибанова
30 августа 2022 года
+1
И у нас такие же есть Не общаемся и слава богу, пусть подавятся своей жадностью
Руслёна (автор поста)
30 августа 2022 года
+1
Воть... помню, ага)) Считай, что это они))))
Аделя Шибанова
30 августа 2022 года
+1
Ну с ними сразу ассоциации и возникли
Руслёна (автор поста)
30 августа 2022 года
+1
afina7891
30 августа 2022 года
+1
Спасибо за продолжение, невероятно захватывающее!
Руслёна (автор поста)
30 августа 2022 года
+1
спасибо, очень приятно!

Оставить свой комментарий

Вставка изображения

Можете загрузить в текст картинку со своего компьютера:


Закрыть
B i "
Детскому смеху нужно больше места

Надоело ютиться в квартире? Пора в свой дом с собственным двором! В нашем телеграм-канале рассказываем, как построить тёплый и надёжный дом для семьи.

Поиск рецептов


Поиск по ингредиентам
Авторизация через Google

В связи с требованиями Федерального закона № 406-ФЗ авторизация и регистрация через Google на сайтах «Медиафорт» больше недоступны.

Как войти в свой аккаунт?

Выберите другой способ входа. Если вы забыли пароль, его можно восстановить с помощью вашей электронной почты.

Восстановить пароль