Айлинон-32, 33, 34
Итак... черновики приходят к своему заключению. Скоро буду писать эпилог... два, скорее всего, потому могу позволить кидать вам по две главы.
ПыСы... Ой, нечаянно три закинула... Простите ли вы меня когда-нибудь?
32
На Северном бульваре жарко...
На следующее же утро всех девиц оповестили, что две сестры Мо’Блан с отбора отбывают. Они уже нашли себе женихов, им сделали предложение, и они до времени будут жить под присмотром родных. Что одной сделал предложение баронет, все видели накануне, но когда успела получить таковое вторая? Тем более та, что пришла с опозданием? В общем, на обеде, заменившим проспавшим завтрак девицам, было о чём поговорить. Но самым печальным известием оказалось, что и принц больше не появится, так как:
“...отбыл с дипломатическим поручением СРОЧНО в соседнее государство”.
Это озвучил сам герцог, строго всех осмотрев. Девицы притихли. И что? Что теперь делать? Большинство ехало сюда, разумеется, только, чтобы составить партию сыну правителя. Не все маменьки были подобны монсэрра Эмтимэне Мо’Блан, мыслящей широко и рассчитывающей на несколько шагов и вперёд, и назад.
- Но есть и другая интересная сторона отбора. Все вы знаете, что сюда приглашены сиры со всего нашего государства. И им рекомендовано непременно найти себе супругу на нашем отборе.
Герцог опять всех оглядел орлиным взором, особо останавливаясь на сирах, и увидел, наконец, младшую Мо’Блан. Она вспыхнула до корней волос. На самом деле Милли рассчитывала уехать вместе со сестрицами, но... но. Его сиятельство категорически воспротивился. Она помнила, разумеется, их танец ночью, перед теми событиями... Но всерьёз его не воспринимала - герцог был, всё же, пьян. Да, так уж получилось.
Девушка опустила свой взор в тарелку и начала есть... ковыряться в ней маленькой, десертной ложечкой, так как перед ней лежало пирожное с любимым кремом. Маловато, конечно... Кажется, герцог сел и приступил к трапезе. Она кинула быстрый взгляд на него и увидела, что он и не думает есть, а сидит, смотрит на неё. Хоть беги... Если бы тут сидел принц, можно было похихикать с ним, он бы придумал непременно что-то этакое. Она уже и не чаяла, когда же закончится этот обед несчастный. И как только объявили об его окончании, первой выскочила из залы и помчалась к себе в комнату. Больше всего боялась, что герцог ринется её догонять на виду у всех. Даже мурашки от страха пробежали. Но нет, добежала благополучно и быстренько закрылась.
Не успела расслабиться, как ввалился с балкона князь... нет… в общем, нынешний жених Айлинон.
- Вы сам самоубийца и меня под эшафот хотите подвести?
- У нас отменена казнь. По крайней мере, публичная.
- Вы сестрицу подвели, а теперь и за меня принялись, - покачала она головой.
- Ну, на двух не женят же, - хмыкнул он.
- А как же моя репутация? Или она вас совсем не волнует?
- Его сиятельство пообещал всех вас замуж отдать. Так что без мужа не останетесь.
Она вздохнула и посмотрела на него с грустной улыбкой.
- Я бы предпочла сама себе кого-то выбрать. Но, кажется, нас никто не спрашивает.
- Вот и я бы хотел, - задумчиво сказал Ивлин.
- Что ж, сами и виноваты, что теперь вынуждены жениться на той, кого сами и скомпрометировали.
- Да, вот, кстати... Как вы все оказались в её комнате? Отец говорил, что там охрана и никто не пройдёт...
- Вам эта охрана не помешала уже который сваливаться с балкона нам с сестрицей на головы, - она фыркнула.
Милли развеселили его слова об охране.
- Хорошо, расскажу. Я, как и говорила, ждала его сиятельство, на обещанный танец, который он мне и... подарил, когда они с папенькой ввернулись. А папенька со старшей, с Эван, после того, как сир баронет уверил его, что непременно женится на ней, вдруг озаботился, где Амм...Милли. И Эванжи увела его к ней. У нас танец закончился и сир распорядитель сказал нам, где папенька. Мы вместе пошли с его сиятельством на третий этаж и увидели, как он препирается с охраной. Его сиятельство к ним подошёл, что-то сказал, я не услышала, только: “под мою ответственность” и мы все прошли. Но мы шли довольно громко: и ногами топали, и папеньки наши с вами почти кричали, так что я не понимаю, почему вы не услышали. Думаю, они вам шанс хотели дать, на всякий случай, если вы там, удрать, а вы, как оглохли.
Она фыркнула опять, как всегда, прикрыв рот ладошкой. Ивлин озадаченно почесал затылок.
- Надо же... - пробормотал он, - мы так заняты были разборками, что ничего и, правда, не услышали.
- Ну да, разбирались... А со стороны смотрелось, как будто обнимаетесь.
- Пф... обнимались, как же... Она пихала меня к балкону, а я как раз споткнулся и за неё же и уцепился. А тут двери открылись.
- Что будете делать? Оба противитесь браку и так попались, - Милли смотрела на него с любопытством.
- Думаете, не сбегу?
- Да как же, вы ж под арестом, как я слышала.
- Да вот так, по балконам и спущусь, - пожал он плечами. - Скучно мне стало сидеть, вот к вам и пришёл. А вниз посмотрел с балкона и понял, что так могу и до первого этажа спрыгнуть, а потом на землю. Ладно, и правда, надо идти, мало ли, облаву устроят, - он хмыкнул, подмигнул ей и скрылся на балконе. Вскоре, мелькнули в воздухе ноги и исчезли.
Милли посмеялась и заперла дверь на всякий случай, чтобы не шастал туда-сюда, всё же, чужой жених, сестрицы.
...А сестрица, тем временем, рвала и метала дома. Эван и не снились такие скандалы, она смотрела на то, что вытворяла Айлинон и только диву давалась. Она выла уже четыре часа. Четыре! Немыслимо. Как привезли, так рот и не закрывался.
Сама же Эван быстро освоилась в симпатичном домике, он ей очень понравился. А вот маменьке дочь не обрадовалась. При виде неё она постаралась побыстрее скрыться в комнате, что ей выделили, и Эван, улизнув, заперлась в ней, решив отоспаться за бессонную и полную самых разнообразных впечатлений, ночь. Но Айлин выла и выла...
- Я не хочу замуж! Я не хочу князя! Я не пойду замуж! Пусть выберет себе другую! Отвезиииите меня домой! Я хочу домоооой!
Всё это сопровождалось битьём в стену чего-то тяжёлого:
- бум! - Я не хочу - бум! - отвезите - бум!
И так далее по кругу. Папенька схватился за голову конкретно.
- Это вы виноваты! - заявила супруга, заталкивая в уши вату. - Вы разбаловали её, потакали ей во всех её шалостях, вот вам и результат. Вот Эван не будет выть, если её позовут замуж...
- Да, маменька, вы правы! Вы же не оставили мне выбора, - заявила дочь, как раз спустившаяся в гостиную, куда стеклись все обитатели. Слуги, правда, заперлись на кухне, посмеивались, играли в карты и пили... лонгвилльское, выставленное для них маркизом.
Услышав последние слова Эван, монсэрра замолчала и побагровела.
- Что ты...
- Ничего. Мне столько о вас рассказали во дворце, что мне пришлось принять первое предложение, которое поступило, - девушка гордо задрала голову и села за спиной маркиза, спрятавшись, как за скалой.
Он, чуть к ней повернувшись, взял за руку и успокаивающе похлопал по ней:
- У всех бывают ошибки...
- Вы ещё и оправдываете её? - поразилась Эванжи, - она вам изменяла со всеми, кого видела, родила непонятно от кого.... Так мало этого! Этот прощелыга домогался меня на балу! И даже поспорил на меня! Вы мне больший родитель, чем ма... чем она.
Маркиз встал и, обняв дочь, успокоил её, погладив по голове. Потом повернулся к маркизе.
- Ну... раз пошёл такой разговор... Расскажите нам, монсэрра, как же погибла наша первая дочь, наша Кэсси.
- От-ткуда... откуда я знаю, я же н-не видела... - пролепетала монсэрра Эмтимэна, - мы же вместе искали её.
- Ну да, ну да... А что за сир был у нас в тот день? - он подошёл к ней на пару шагов ближе и маркиза, вскочив, попятилась.
- Кому вы вознамерились отдать её замуж, минуя отцовское благословение? И как вы посмели разрешить ему задирать ей юбку??? Не поэтому ли она сбежала и предпочла утонуть в речке, чем выйти за него замуж?
- Кто вам... такое мог рассказать? Это всё неправда!
- Неправда? Мне это поведал её муж! А ему, она, естественно.
- Что? Муж? Какой муж?
- О, у неё очень влиятельный муж и такое выдумать - у него точно фантазии не хватит. Нет, не скажу вам, кто он. Если она захочет вас видеть, так и быть, привезу. А сейчас собирайтесь и езжайте домой, в замок. Сидите там и ждите, как я вам изначально и говорил. Могу только порадовать вас - у вас два внука. Большие уже.
Этим откровениям были поражены все - и монна Катарина, и Эванжи в ещё большей степени. Она только и знала, что Кэсси жива, но что и как у неё произошло, во дворце не было озвучено. Единственное, что она помнила, что его сиятельство был обижен на Айлин... за что? А, ну да, его сын старший женат на Кэсси, точно! А теперь Айлинон просватали за младшего, и она воет. Вот дурочка...
Кстати, несносная сестрица замолчала. Действительно, установилась тишина и все недоверчиво подняли головы, прислушиваясь.
- Я пойду, проверю, - сказала шёпотом Эван, выходя из гостиной.
- А вы, монсэрра, будьте любезны собрать вещи, - снова повернулся к супруге маркиз. - Здесь вы не останетесь ни минуты. И будьте готовы к тому, что скоро состоится герцогский суд. Мы расторгаем наш брак.
- Нет! Вы не посмеете! Всё это домыслы! Кэсси не могла этого сказать! Вы же знаете, что она не разговаривает...
- Ну да, вы же ей не раз напоминали об этом... что она “немтырь”. Не так ли? Да как язык у вас повернулся такое сказать собственному ребёнку! Я всё сказал - сегодня же вы выедете в замок. Кто там у вас? Соррена? - он вышел в коридор и гаркнул на все этажи сразу, - Соррена! Хеля! Быстро ко мне!
Девушки примчались в ту же секунду и вытянулись перед маркизом, как солдаты перед генералом.
- Быстро собрать монсэрра в дорогу! Чтоб через полчаса она уже сидела в карете. Хелли, детка, сбегай на конюшню, скажи Стинну, чтобы готовился в обратную дорогу. Да колёса пусть смажет, проверит! - крикнул уже ей вслед.
Маркиза, протиснувшись мимо него, быстро умчалась к себе в комнату, а он опустился в кресло и закрыл лицо руками.
- Столько лет - псу под хвост, - пробормотал сир Гаерутдин. - Только ради девочек и терпел...
Монна Катарина подошла к нему сзади и положила руки на плечи. Она ничего не говорила, просто стояла рядом, а он, склонив голову, прижался к одной её руке щекой.
Эван прокралась к двери сестрицы и дёрнула ручку. Дверь, на удивление, была открыта, и она тихонько заглянула. Айлин лежала на кровати, раскинув руки-ноги в разные стороны, и спала. Лицо опухло, нос, глаза были красными. Видимо, непривычная для девушки истерика далось ей тяжело, и она уснула-таки. Эванжи погладила её по волосам и приоткрыла немножко окно, так как в комнате было душновато, и пошла на кухню узнать об обеде, так как времени было уже прилично.
Маркиза собралась в рекордные сроки, горничные помогли ей в этом, а Стинн так же быстро приготовил и выкатил за ворота карету. Сир Гаерутдин вышел к нему, и они о чём-то толковали, когда монсэрра, злющая, как гусыня, у которой без разрешения повыдергали перьев из хвоста, скрылась в глубине кареты, Соррена же села у окошка. Она махала за обеих женщин и плакала, так ей очень не хотелось уезжать. Одно успокаивало, что Стинн поглядывал недвусмысленно и это внушало кое-какие перспективы.
Эван даже не вышла проводить мать. Она всё ещё была сердита на неё. Обед пообещали закончить готовить через несколько минут, и она пошла в сад.
Всё тут было мило, много деревьев, красивые цветы в клумбах, но в таком запущенном состоянии... Впрочем, это придавало саду своё очарование, напоминая кусочек дикой природы, и девушка наслаждалась покоем, птичками, щебечущими вверху, шуршанием листвы... Неожиданно наткнулась на скамью с высокой спинкой под старой липой и, стряхнув старые, пожухлые листья, уселась и закрыла глаза. Она не заметила, как задремала, и вздрогнула от того, что кто-то взял её за руку. Испуганно открыв глаза, увидела рядом баронета:
- Вы? Сир... как...
Он слегка улыбнулся одними губами, глаза же оставались серьёзными:
- Мне нет нужды теперь находиться на отборе, раз вас там нет. Вот, приехал навестить невесту. Пойдёмте, нас ждут.
Он протянул девушке руку, и они так и вошли в дом, под ручку. В столовой сир Камиэль обратился к маркизу:
- На балу всё получилось спонтанно и скомкано, но я хочу всё сделать, как положено.
Он поднялся и взяв Эванжи за руку, подвёл к маркизу:
- Я официально прошу руки вашей старшей дочери Эванжи, сир Гаерутдин.
Девушка покраснела и опустила голову, а маркиз, посмотрев на неё, спросил:
- Ты как? Согласна? Что ответить досточтимому сиру Камиэлю?
Она подняла взгляд на баронета и кивнула:
- Да, я согласна.
- Мы согласны, - засмеялся маркиз, - буду только рад.
Сир Камиэль повернулся к ней и надел на палец массивное кольцо.
- Так тому и быть, - хлопнул в ладоши маркиз. - Да где там обед? Несите уже, мы все с утра не ели! Да вина принесите! Нашего, любимого. Есть что отметить. Баронет, вы как, ели что-то сегодня? Нет? Ну и отлично, сейчас и поедим. Эва, что там Айли?
- Спит она, устала вопить, - усмехнулась Эван.
- Да... Досталось нам сегодня, - покрутил головой маркиз, - такого никак от неё не ожидал.
Он в двух словах рассказал об истерике Айлин гостю.
- Вот никак не желает замуж. Что с ней делать? - посетовал он.
- Я знаю, что делать, - усмехнулся сир Камиэль. - Давайте поедим, а потом я вам расскажу... 33
Коварные планы в действии
Начало
Айлинон приходила в себя довольно долго. Выходить в общую залу вниз, к родным, было стыдно. Она помнила, что с ней ехали домой папенька и Эванжи, но Милли... Она осталась там или тоже приехала? Их всех забрали? Почему? Занятая собой, обиженная тем, что решали её судьбу без её на то согласия, она явно что-то пропустила. Выспавшись, никем не потревоженная, она решилась спуститься и глянуть, кто из сестёр в доме. Но уже выйдя из комнат в коридор, столкнулась с Эван.
- О, Айлинон! Ты проснулась! Как ты себя чувствуешь? Ну ты и дала сегодня с утра! - неожиданно преувеличено громко воскликнула сестрица и потащила её за руку, - пойдём, ты же ничего не знаешь обо мне? Пойдём, я расскажу... Вот мои комнаты. Папенька такой домик прикупил, прелесть!
- Да куда ты меня тащишь? - несколько растерялась Айлин от такого напора, - пойдём лучше в сад, мне уже эти стены надоели.
- Да к себе же, в комнаты! Пойдём, покажу, как всё там красиво! У тебя я уже была, пошли ко мне!
И всё это так громко, на весь коридор. Пожалуй, даже внизу слышно было. Айлин поморщилась:
- Чего ты, Эван, так кричишь, голова и так раскалывается.
Она засмеялась:
- А не надо было так вопить, как пфуфугель, честное слово, - но громкость уменьшила.
Айлин, всё же, дала себя уговорить, так как была вялая и после сна, и после того, что устроила тут... и сама что-то предпринимать не желала вовсе. Они зашли в те комнаты, что выделили для сестрицы и уселись на пушистом ковре, обложившись подушками.
- “Как с Милли когда-то”, - подумала она, но не стала говорить этого вслух. Сестрица сейчас была очень на себя не похожа, весёлая, в глазах азарт какой-то. - “Наверное, есть какие-то новости”, - опять мелькнула мысль, но думать не хотелось.
Тут вдруг открылась дверь и появилась сначала оттопыренная нижняя часть спины Хелинки, открывающая ею эту дверь, а следом и сама горничная, занося поднос, полный всякой еды. От него пахло невероятно вкусно и Айлин непроизвольно сглотнула.
- Что ты там принесла?
- Пирожки... Только испекли, ещё горяченькие, - затарахтела Хеля, - сейчас молока принесу. Или что желаете?
- Молока и желаю, - вздохнула Айлин, - неси кувшин и две кружки. Ты же будешь? - глянула на Эван.
Та закивала:
- Да, буду.
- Ты же не пила никогда?
- Ну, с тобой за компанию выпью, так и быть, - она снисходительно улыбнулась, чем напомнила прежнюю себя.
Вскоре они уплетали горячие пирожки с разной начинкой и, переломив или откусив, смотрели, кому что досталось и, если не нравилось, начинали торговаться, кому это доедать. Наевшись и выдув почти всё молоко, сёстры откинулись на подушках и Айлин лениво напомнила сестре:
- Ты новости обещала, а сама меня накормила так, что дышать уже не могу.
- Сама и ела, - хмыкнула та. - Ладно, будут тебе новости, раз обещала. Хочу похвастать - меня просватали.
- Да ты что? - попыталась подскочить Айли, но не смогла и, рухнув обратно, махнула рукой. - За кого же? Ну, не тяни, а то лопну - если не от пирожков, так от любопытства.
- Ты удивишься... Но, так и быть, скажу. Это наш сосед, - она снова хмыкнула, - баронет...
- Неужели отец так обожаемой нами мэллоры Мартиши? - округлила глаза Айлин.
- Да, - тут Эван опустила глаза и посмотрела на сестру из-под ресниц - какое впечатление это на неё произвело. Айлин упала на подушки и повращала зрачками, показывая этим свою наивысшую степень удивления.
- И ты согласна? - недоверчиво поинтересовалась у сестры.
- Да, - кивнула она, - и, если вначале вынужденно, то теперь нисколько не жалею.
- А... почему вынужденно?
- Так ты и вправду не знаешь, что вытворяла наша маменька за спиной у нашего отца? - и, увидев её ошарашенное лицо, кивнула, - так слушай...
В общем, Эванжи рассказала всё, но с того момента, как на отборе баронет стал “преследовать” её своими взглядами и вообще, как бы, незримой опекой.
- Понимаешь, он узнал, что некие сиры, чтоб им икалось всю жизнь, поспорили на меня... не в самых лучших намерениях... вот. А он, имея дочь такую же, очень не хотел, чтобы что-то подобное приключилось и с ней. Потому и взялся меня опекать. Сначала присматривался, а потом и влюбился, - она улыбнулась. - А потом и сделал мне предложение. Но сначала рассказал о том, что увы, мне не светит нормальная партия и я должна согласиться на его предложение, чтобы скрыть этим маменькины похождения. Ты знаешь, что папенька выгнал её отсюда обратно в замок? И пригрозил герцогским судом, если не уймётся! Вот! Теперь ты всё знаешь.
Айлин просто ошарашена была подобными заявлениями. Она долго переваривала информацию и, наконец, выдала шёпотом:
- Хочешь сказать, что ты... что маменька...
- Да и так уже все знают, одна ты, как оказалось, в неведении. Да, я такая же, как Милли, только не от конюха, а от графа, но это не играет роли для общества. Если бы никто не знал, то, может, я бы и пофасонила ещё, а так... мне дали понять, что знают о моём положении многие. И папенька выставил, всё же, её отсюда в замок. А то устраивала тут...
- Хм... как думаешь, он будет подавать на герцогский суд? Ну, если захочет развестись.
- А... пусть делает, что посчитает нужным... Ой, я так рада, что Кэсси нашлась! - тут же перевела разговор в другое русло она.
- Да, неожиданно. А помнишь, я как-то делала предположение, что она тайно вышла замуж? Как угадала.
- Папенька злился и кричал на маменьку, что это она во всём виновата... Опять она! Что за жена такая ему досталась, прямо, наказание какое-то, - девушка покосилась на сестру - вываливать на неё и эту историю про причастность матери к исчезновению сестры или нет?
Айлин покачала головой:
- Ну, может, он погорячился. Как маменька может быть виновата?
- Нет, как оказалось, всё же, виновата, хоть и не злонамеренно. Она хотела отдать её замуж за какого-то сира непонятного, а Кэсси убегала от него и упала в речку с обрыва. Зато теперь она - жена старшего сына нашего монсира! Вот... И, да, у нас есть два племянника, представляешь! Мы - тётушки теперь. Наверное, скоро приедут в гости.
- У меня уже голова кругом идёт от таких новостей. А скажи... ты проверяла свой Эвеллон?
- Ах, да! Ты, что, всё забыла? Мы же вместе его смотрели и обе видели, что он дал росток.А второй, зелёненький, я подарила Мартише, чтобы она не вляпалась, как, чуть было, я. Так что мы вскорости поженимся и посадим свой в саду.
Айлинон вспомнила, что, кажется, и правда, смотрела с ней, но свой проверять не спешила - ей предложения не было. А приказам она не подчиняется.
Пока они болтали, накрыли к ужину и их позвали вниз. Сёстры спустились в столовую и встретили там баронета, всё так же беседующего с папенькой. Сир церемонно поздоровался с Айлинон, чуть дольше придержал ручку Эванжи, что вызвало хихиканье младшей, ещё не привыкшей к тому, что та уже невеста. Но баронет был невозмутим, улыбаясь одним уголком губ. И как это у него получалось? Но ему такая улыбка шла.
Усевшись, все приступили к трапезе. Айлинон, бегло всех оглядев, вдруг почувствовала, что тут что-то замышляется. Сначала остановила свой “орлиный” взор на новой экономке, монне Катарине, но та смотрела такими невинными глазами и всё больше на папеньку, что она усомнилась было, но, глянув на предмет обожания этой самой экономки, поняла, что интуиция её не обманывает. Вот уж кто не умеет делать “честные” глаза! Учился бы у неё или той же Эван. Айлин опустила взор в тарелку с жарким и задумалась. Что же они задумали? А вдруг - поженить их прямо здесь? А что, привезут этого пррринца, чтоб его, рухтового, да, именно так! пригласят священника и окрутят. Надо же, князь оказался принцем. Кошмар же... И тогда, у фонтана, тоже был он. И тоже в маске. С рождения он её, что ли носил? Несносная хихикнула и все сразу на неё посмотрели. Увидев всеобщее внимание, сразу посерьёзнела, свела брови и начала быстро всё доедать.
Маркиз снова уловил перемену в её настроении и тоже слегка нахмурился. Ой, ну что за девица! Глаз да глаз за ней нужен! Уже что-то придумала. Вопрос - что? Уж слишком быстро начала всё сметать с тарелок. Она и правда, всё съела, кусочков на дно накидала, вилочкой их подцепила и буквально вылизала весь соус.
- Всё, наелась, спасибо, папенька, я пошла к себе, можно? Эван, ты ещё задержишься? Ну, раз у тебя гости, - она снова растянула губы в улыбке.
- Иди, отдохни, - отпустил её маркиз, - как говорится, с утра голова ясная, и мысли в порядок приходят.
- Да, папенька, спокойной ночи, - она подошла к нему, маркиз поцеловал её в макушку, она его в щёку, ритуал был выполнен, и девушка выпорхнула из столовой.
Все переглянулись, и баронет хотел было что-то сказать, но сир Гаерутдин тут же приложил палец к губам.
- Хелли! Вина нам, лонгвилльского!
Эван уставилась на бутылки, что стояли на столе, но тут же послышался лёгкий топот ножек по лестнице вверх и она поняла трюк папеньки - Айлин точно стояла под дверью! Он попросил:
- Иди, займи её.
Она кинула взгляд на жениха, они кивнули друг другу, и девушка ушла.
- Ну, мы обо всём договорились и, пожалуй, отправлюсь я уже во дворец, - сказал сир Камиэль.
- Да, сир баронет, жду известий.
Мужчины вышли в холл. Маркиз проводил его до ворот и тот, сев в дожидавшийся его экипаж, уехал.
34
Коварные планы...
Кто кого
Айлин, запершись у себя, начала лихорадочные сборы. Лишь бы успеть! Вот чуяла её з... она, что что-то задумали эти сиры против неё, хоть и не поняла пока, что. Но и знать не хотела! Бежать! Отсюда легче это сделать, чем из дворца, поэтому...
Спустившись вниз, она пробралась на кухню. Встретив по дороге Хелю, сказал, что идёт попить и та сонно кивнула - не её просили и ладно. Горничная уже зевала вовсю и спала на ходу. Проследив за удаляющейся служанкой, пробралась на кухню и быстро проверила все верёвки и полки у печки. И - о, да, да! Нашла то, что искала - туфли! Не женские и это было большой удачей. Конечно, не те шикарные сапоги, что из дворца, но тоже ничего: коричневые, крепкие. Совесть её помалкивала - а нечего против неё заговоры устраивать. Хлебнув, как обещала, водички из кувшина, она закашлялась - это оказалось вино, слуги тоже баловались лонгвилльским, и, видимо, не допили. Отдышавшись, пошла к себе, под прихваченным полотенцем пряча находку в виде туфель.
Уже через час она была собрана. Вместо девушки сидел вполне себе молодой человек. Волосы она обрезала, как ни жалко было, но - или свобода, или принц... рухтов... Правда, только по плечи. И, на удивление, концы тут же закрутились вверх крупными кольцами!* Айлин вытаращила глаза, но не долго смотрела на это чудо, схватила давно приготовленную чёрную ленту и, пригладив волосы щёткой, туго завязала хвост. Насчёт дырок в ушах даже не волновалась - некоторые щёголи позволяли себе кольца. Правда, только в одно ухо. Пошарив в шкатулках с украшениями, подходящего кольца не нашла, все были только каменьями. Придётся, если кто спросит, поплакаться, что потеряла...
- “Потерял! Потерял, Айлин, а не потеряла! Ой, а как же теперь зваться-то?” Она задумалась. Вот ведь... всё продумала, кроме имени. Надо, что попроще, раз уж одежда у неё такая, простолюдинская.... простолюдская... как правильно-то её назвать...
*закрутились крупными кольцами. - Сама была свидетелем такого чуда - мама привела дочь в парикмахерскую обрезать длинные волосы, и они после того, как их обрезали в причёску “гаврош” - была у нас такая, они подпрыгнули и концы завились.)))
Пока она собиралась и думу думала, наступила глубокая ночь. Но, увы она так и не придумала себе мужского имени. Ни на чём не остановилась. И... уснула. Сморила её усталость эмоциональная. Но вскочила с утра с рассветом. Глянув на себя, испугалась - а вдруг кто входил? Папенька или Эван... а она в штанах и обрезанные локоны лежат у зеркала. Как же это она! Быстро подскочив, кинулась всё убирать, прятать, не снимая штаны, надела на себя своё любимое “маскировочное” платье, на этот раз оно был нежно зелёного цвета с атласными лентами.
Походила, привыкая, и решила, что, пожалуй, не очень удобно. Но снять не успела, так как постучалась к ней сестрица, которой тоже не спалось.
- Айлинон, ты спишь?
Она открыла ей и впустила:
- Нет, не сплю. Выспалась вчера ещё, - она невесело улыбнулась.
- Может, позвать Хелинку твою, пусть принесёт что-то поесть?
- Спит, поди.
- Ты бы её поселила где-то рядом, а то вот так кричать через весь дом...
Айлин покивала:
- Подумаю.
- Ты даже оделась уже. Завидую, ты, видно, у Милли училась самостоятельно всё делать?
- Да, готовилась ещё в замке. Хотела сбежать в дороге, но папенька поехал с нами и всё напутал.
- Зачем ты бежишь? Чем тебе принц нехорош? И симпатичный, и с титулом, и молод. Мне он, правда, тоже не понравился, ещё в замке, когда он князя изображал из себя.
- Не представляю себя с мужем. Не знаю, как это будет. Разве разрешит муж гулять, где захочу?
- Маменька и не спрашивала... - печально прошептала Эван.
- Ну, так гулять я точно не намерена, - слегка обиделась Айлин, - я представляю это по-другому - села в карету и поехала по разным дорогам, разным городам, смотреть, что у кого как, какие бывают ещё города, какие люди, что у них происходит не так, как у нас. Ведь не может же быть всё одинаковым? Вот у нас на площади Кавалеров фонтан есть и туда кидают по праздникам зазевавшихся девиц. А что у других? Неужели так же в праздники?
Эван скептически покачала головой:
- Выдумщица ты. Какое дело тебе до других? Тут с собой бы разобраться.
- Я никогда не думала о себе, если честно - что меня ждёт, какова судьба моя, какой муж или дети... Мамочки! Ведь ещё и детей надо будет как-то делать... Ужас просто! - она закатила глаза.
- Чем думаешь заняться сегодня? - неожиданно сменила тему разговора Эванжи, рассмеявшись на её слова.
Айлин растерялась. Она-то думала уже об этом, но говорить вслух как-то не готова была.
- Ну... знаешь, мы же в столице, а были тут так давно, помнишь? Ничего и не видели, и не знаем. Может, съездить погулять? Посмотреть на город, что здесь и как? Может, рынок посетить. Есть тут рынок, ярмарка, как думаешь?
- Не знаю по поводу рынка, а вот магазины можно посетить, - закивала Эван. Её глаза загорелись азартом. - Давай сразу после завтрака и поедем.
- Всё, решено!
Они расстались до завтрака и Айлин уселась за бюро составлять план действий. Она расчертила листок и пронумеровала каждую строчку. 1-, 2-, 3- и так далее. Набралось пока десять пунктов.
- Первое... что там... Ага, узнать дороги из города. Какая куда ведёт и в какую сторону лучше податься. Второе... Всё же, рубаху сменить надо, а то серые штаны, серая рубаха... фууу! Рухт, рухт... Не забыть бы. Третье - придумать, всё же, имя себе. Как раз похожу по городу, и решу. Может, кто-то кого-то позовёт и мне понравится. Айлин, Айрин, Ай... Ой, нет. Надо уходить от этого “ай”. Может, на З? Кто в доме-то из монов - Жиротдин, Стинн... Ещё Норишь, Торрсет. Ладно, если ничего не приглянется в городе, выберу одно из этих.
Штаны она, всё же, сняла. И неудобно в них, да и жарко. А тут и на завтрак Хелинка позвала:
- Барышня! Вас ждут!
Она быстренько спрятала список в бюро, замкнула на ключик, быстро скрутила в жгут короткие нынче волосы, заколов заколками с красивыми, изумрудными камнями, чтобы не бросалось в глаза, и выпорхнула в столовую.
Тут они с Эван и стали выпрашивать у папеньки поездку в Эндижон:
- Мы в столице уже сколько дней, а нигде и не были, - начала атаку первой Эванжи, - это ли не стыд для нас!
- Стыд будет мне, если что с вами случится, - нахмурился папенька, - что ни говори, обе просватаны, невесты...
При этом слове Айлин дёрнулась, как будто её кто укусил, но промолчала, опустив глаза в тарелку с творогом, политым клубничным соусом. Да, больше она не плакала, но и не смирилась, видно было невооружённым глазом. Папенька жалел о затеянном, но отступать было поздно, “телега запряжена и поехала уже с горы”. Так передали утром из дворца, запиской.
Что под этим подразумевалось, он не совсем понял, но хотелось бы, чтобы под эту телегу не попал он сам.
- Ладно, - сдался он под натиском обеих девиц, - так и быть. Езжайте, я вам выделю денег, вызову наёмный экипаж с охраной. Думаю, одного достаточно будет? - он пробуравил обеих фирменным своим взглядом, от которого их пробирало до костей.
Но не в этот раз! Одна, правда, по привычке ойкнула и закивала согласно головой, соглашаясь с ним, но не вторая! Эта только поджала губы. Ей уж точно охрана не нужна. Надо будет сказать этому молодцу, чтобы с неё глаз не спускал.
Завтрак закончился без скандала, спасибо Ледору! Девочки его собрались в рекордные сроки и уселись в вызванный экипаж с верхом. Впрочем, по случаю хорошей погоды его откинули, и они восседали с зонтиками на коленках и веерами в руках, с гордым видом посматривая на несчастного отца. Вид, и правда, был у него несчастным, и впервые у Айлин сжалось сердце при мысли, что придётся его огорчить в очередной раз. Но припомнив про “заговор”, она стряхнула эту жалость и спряталась за веером.
- Пока, папенька, мы часа на три, четыре, не больше. Погуляем, что-то прикупим и приедем. Вам купить что-то? - Эван была так довольна, что их отпустили, что даже решила сделать ему подарок. - Сами вернитесь назад, - “пошутил” он, не скрывая беспокойства.
- Вернёмся, - уверенно ответила Айлин, - не переживайте. Мы же невесты! - она скривилась при этом рот, но глаза смотрели так правдиво. Вот как она так умеет? Он махнул рукой, и возница, приняв это за знак, дёрнул вожжи:
- Но, вперёд, родные!
Маркиз проводил их взглядом и дождался, когда сзади примкнул к экипажу всадник на каурой лошади. Проезжая мимо сира, кивнул ему и приложил руку к своей шляпе. Охрана есть, можно выдохнуть и маркиз ушёл в дом, где его ожидала монна Ката...
...На них оглядывались и, не привыкшая к такому вниманию Айлин ёжилась и закрывалась под шляпкой, которую а, всё же, нацепил. А Эван и вовсе голову не поворачивала, гордо смотрела перед собой. Экипаж привёз их в центр и девушки отпустили его. Теперь они стали заботой бравого молодца, не спускавшего с них глаз. Но девиц две, а он один. Да, прав был папенька, когда собирался вначале им по персональному охраннику выделить...
Айлинон даже не прилагала особых усилий, чтобы улизнуть, и сама не заметила, как “потерялась”. От лавки к лавке, от магазина к магазину... А вон там что? А это где? А что в лавке у Мординари? Оу, драгоценности! И где такая? В общем, пока сестрица рассматривала с восторгом колье, кольца и всё прочее, застряв в ювелирной лавке этого самого Мординари, она выскользнула с тремя посетителями, что тоже выходили, и скрылась в толпе прогуливающихся мэллор и сиров.
Надо же, молоденькие девицы свободно гуляли и без всякой охраны! Она быстренько между ними затесалась и пошла к единственному известному ей предмету в городе - к площади Кавалеров. Нет, праздника не было сегодня и девиц в фонтан не бросали, но за ним, через ещё одну площадь, была развёрнута ярмарка. Об этом охотно рассказал их возничий и показал даже кнутом, когда проезжали мимо. Именно туда и отправилась Айлинон. Мужские предметы туалета, недостающие и столь необходимые ей, можно было там купить запросто. Что она и намеревалась сделать без свидетелей.
Площадь Кавалеров она нашла быстро, осталось её пересечь и повернуть чуть наискосок. А наискосок куда - налево или направо? Айлин закрыла глаза и стала вспоминать, как они ехали и куда тыкал кнутом возничий. И, разумеется, с её везением на неё кое-кто наткнулся. Первая мысль была - князь! Вторая - принц... что одно и то же. Но не они, то есть, он, а граф, один из его опекунов, Огюстес Ди’Корридан. Он внимательно на неё посмотрел, мило улыбнулся, приложив руку к груди, извинился, что налетел на мэллору, и спросил, явно делая вид, что не узнаёт:
- Такая красавица бродит одна? Вас проводить?
Она закивала, тут же сообразив, что до ярмарки он её сможет проводить, и сказала, опустив голову:
- Папенька отпустил за покупками, вот... ищу ярмарку. Я тут почти первый раз.
Сир Корридан согласился без лишних разговоров проводить девушку до ярмарки, но поинтересовался:
- А почему - почти первый? Был ещё?
- О, да! Мы приезжали сюда как-то на праздник... на день рождения принца, кажется, но это было давно, во-первых, а во-вторых, маменька нас так в город и, не вывезла. Смотрели на него только из окон кареты, - она вздохнула.
- И, что, больше не были ни разу?
Она мысленно закатила глаза - вот пристал! Но ответила со всей любезностью:
- В детстве часто приезжали на детские праздники во дворец.
- А, так, стало быть, мэллора бывала во дворце? Тогда почему столь знатная мэллора не на отборе? Кто ваш отец?
Айлинон замерла. Так он, что, не узнал её? Если так, ещё лучше! Можно врать напропалую! Сделала грустные глазки:
- Вот... тоже огорчились... А так ждали... Может, папенька наш в опале, кто ж скажет.
Пока они болтали таким образом, сир довёл её до ярмарки, благополучно проведя через обе площади. Чтобы избежать дальнейших вопросов о папеньке, она начала задавать вопросы одни за другими без остановки:
- А как эта площадь называется? Очень красивый памятник стоит. Кто это? Столько цветов вокруг! А фонтанчик маленький, но тоже миленький! Ой, а что это в руках у статуи?
Она болтала без умолку, соображая, как отделаться от любезного провожатого, буквально прилипшего к ней. Он, и правда, не отставал, шёл рядом, ровно в шаге от неё, не давая возможности маневрировать.
- Это памятник нашему первому герцогу, предку нынешнего монсира, герцога Рэдмона Джэн’ольсского Флеондрийского. Его имя должно быть известно мэллоре... - он вопросительно посмотрел на неё, намекая явно на её имя, но она сделала вид, что не поняли и выпалила:
- Конечно, я знаю, как зовут нашего первого герцога! Сир Лэдвин Канталейский Флеондрийский! Вот!
- Всё правильно, - улыбнулся он, - а в руках он держит - в одной шпагу, во второй трубу дальнего обозрения, - и тут они вышли к ярмарке и Айлинон, прижав ручки к груди, воскликнула:
- Ух, сколько всего! А сколько тут рядов? А не знаете, где тут ленты? А где шляпки? Или нет тут такого и надо было лавки в городе искать?
Он кивнул, чуть растерявшись. Видимо, сюда точно граф не ходил никогда, тем более, не сопровождал девиц. Но она ринулась в первый к ним ряд и уже на первом этапе чуть не сбежала.
Граф носился за ней, вспотев, и уже проклинал свою службу, на чём свет стоит. Конечно, он узнал объявленную невестой его подопечному девицу Мо’Блан, но делал вид, что не понимает, что девица из себя представляет, надеясь из её же болтовни выведать, каковы у неё планы. Но не тут-то было! Из неё втянуть что-то было просто невозможно! А когда эта невозможная девица увидела ряды с озвученными ею товарами, то у него просто закружилась голова: ткани, которые перед ней разворачивали рулонами, ленты совершенно разных оттенков и цветов, шляпки - маленькие, большие, с цветочками, лентами, брошками...
В очередном вихре тканей он её и потерял. Когда этот вихрь угомонился и лёг на прилавок, девицы рядом не оказалось. Граф побледнел и ринулся её искать, носясь по всем рядам, но она как сквозь землю провалилась! Он помнил только, что на её голове была кокетливая шляпка с фиолетовым цветочком и он кидался на всех мэллор и монсэрра с подобной шляпкой, но, увы, это была не она.
Пробегав так с час, вышел на середину самого широкого ряда и решил спокойно осмотреться. Да здесь ли она ещё? Вдруг уже на пути из города? Но тут можно быть спокойным - “возничий” Корнелий ей описал все те дороги, где её точно будут ждать. Приняв, наконец, решение идти обратно, он развернулся к выходу из этого сумасшедшего дома и тут же нос к носу столкнулся с невыносимой девицей, стоявшей ровно позади него с огромной шляпной коробкой, и двумя пакетами, столь же огромными. И первое, что он увидел - на её голове была совершенно ДРУГАЯ ШЛЯПКА! Он уставился на неё, как на привидение (на шляпку) и не мог отвести взгляда. Ведь искал её по дурацкому цветочку, а сейчас это была прекрасная шляпка с милой ленточкой по тулье, ничего лишнего и всё в тон наряду. Он пожевал в досаде губы и спросил, вернее, сказал утверждающе-обвиняюще:
- Вы поменяли шляпку.
- О, вы заметили? Какой вы внимательный! Ваша супруга должна быть вами довольна, сир.
- А...
- А старую я положила вот в эту коробку, - она ткнула ему коробкой чуть не в нос. - Вы не могли бы найти для меня экипаж, чтобы я могла доехать до дома? Очень много покупок сделала, да и дороги не знаю. Это было бы очень любезно с вашей стороны.
Графу ничего не оставалось, как забрать у неё покупки (круглую коробку она ему не дала) и выйти уже на мощёную дорогу. Там, как оказалось, стояли наёмный экипажи в ожидании клиентов, и они без труда нашли один подходящий. Но одну её сир Корридан не рискнул отпускать. Так и довёз до самых ворот их особняка. Там сдал с рук на руки взволнованному папеньке и откланялся.
- Где ты была, несносная дочь моя? - с порога (от самых ворот) завопил он. - Ты смерти моей хочешь?
- Папенька, я заблудилась! Я думала, Эван уже вышла и кинулась следом, а оказалось, это не она. Сестрица вернулась? - тут же озаботилась она, похлопав ресницами.
- Вернулась, - буркнул он, - но, вижу, ты не растерялась, - кивнул маркиз на пакеты, что заносил в дом Норишь. Коробку она так и тащила сама, помахивая ею небрежно.
- Ну, наткнулась на графа, и он помог мне - отвёл на ярмарку и там показал, где и что можно купить из того, что я хотела бы. И, представляете, папенька, он там потерялся, - она хихикнула, - наверное, не бывал никогда в таком месте.
- Потерялся? Он? Да как он мог потеряться! Он был лучшим из лучших в армии...
- Не знаю, как в армии, а на ярмарке, увы...
Отец уже с предвкушающей улыбкой посмотрел на дочь:
- И... как вы нашлись?
- Как, как... Я и нашла его. Я же не терялась, - пожала плечиками Айлинон.
Маркиз расхохотался так, что ему вторили на конюшне лошади и Айлин шарахнулась, притворно испугавшись и прижав к щеке ладошку:
- Ой, папенька, ну вы и смеяться горазды.
Она тоже смеялась и так они и вошли в холл, где все ожидали “потерявшуюся” мэллору Айли. И никак не ожидали столь весёлой встречи со стороны папеньки, который грозился запереть её в подвале.
продолжение - https://www.stranamam.ru/post/14972943/
ПыСы... Ой, нечаянно три закинула... Простите ли вы меня когда-нибудь?
32
На Северном бульваре жарко...
На следующее же утро всех девиц оповестили, что две сестры Мо’Блан с отбора отбывают. Они уже нашли себе женихов, им сделали предложение, и они до времени будут жить под присмотром родных. Что одной сделал предложение баронет, все видели накануне, но когда успела получить таковое вторая? Тем более та, что пришла с опозданием? В общем, на обеде, заменившим проспавшим завтрак девицам, было о чём поговорить. Но самым печальным известием оказалось, что и принц больше не появится, так как:
“...отбыл с дипломатическим поручением СРОЧНО в соседнее государство”.
Это озвучил сам герцог, строго всех осмотрев. Девицы притихли. И что? Что теперь делать? Большинство ехало сюда, разумеется, только, чтобы составить партию сыну правителя. Не все маменьки были подобны монсэрра Эмтимэне Мо’Блан, мыслящей широко и рассчитывающей на несколько шагов и вперёд, и назад.
- Но есть и другая интересная сторона отбора. Все вы знаете, что сюда приглашены сиры со всего нашего государства. И им рекомендовано непременно найти себе супругу на нашем отборе.
Герцог опять всех оглядел орлиным взором, особо останавливаясь на сирах, и увидел, наконец, младшую Мо’Блан. Она вспыхнула до корней волос. На самом деле Милли рассчитывала уехать вместе со сестрицами, но... но. Его сиятельство категорически воспротивился. Она помнила, разумеется, их танец ночью, перед теми событиями... Но всерьёз его не воспринимала - герцог был, всё же, пьян. Да, так уж получилось.
Девушка опустила свой взор в тарелку и начала есть... ковыряться в ней маленькой, десертной ложечкой, так как перед ней лежало пирожное с любимым кремом. Маловато, конечно... Кажется, герцог сел и приступил к трапезе. Она кинула быстрый взгляд на него и увидела, что он и не думает есть, а сидит, смотрит на неё. Хоть беги... Если бы тут сидел принц, можно было похихикать с ним, он бы придумал непременно что-то этакое. Она уже и не чаяла, когда же закончится этот обед несчастный. И как только объявили об его окончании, первой выскочила из залы и помчалась к себе в комнату. Больше всего боялась, что герцог ринется её догонять на виду у всех. Даже мурашки от страха пробежали. Но нет, добежала благополучно и быстренько закрылась.
Не успела расслабиться, как ввалился с балкона князь... нет… в общем, нынешний жених Айлинон.
- Вы сам самоубийца и меня под эшафот хотите подвести?
- У нас отменена казнь. По крайней мере, публичная.
- Вы сестрицу подвели, а теперь и за меня принялись, - покачала она головой.
- Ну, на двух не женят же, - хмыкнул он.
- А как же моя репутация? Или она вас совсем не волнует?
- Его сиятельство пообещал всех вас замуж отдать. Так что без мужа не останетесь.
Она вздохнула и посмотрела на него с грустной улыбкой.
- Я бы предпочла сама себе кого-то выбрать. Но, кажется, нас никто не спрашивает.
- Вот и я бы хотел, - задумчиво сказал Ивлин.
- Что ж, сами и виноваты, что теперь вынуждены жениться на той, кого сами и скомпрометировали.
- Да, вот, кстати... Как вы все оказались в её комнате? Отец говорил, что там охрана и никто не пройдёт...
- Вам эта охрана не помешала уже который сваливаться с балкона нам с сестрицей на головы, - она фыркнула.
Милли развеселили его слова об охране.
- Хорошо, расскажу. Я, как и говорила, ждала его сиятельство, на обещанный танец, который он мне и... подарил, когда они с папенькой ввернулись. А папенька со старшей, с Эван, после того, как сир баронет уверил его, что непременно женится на ней, вдруг озаботился, где Амм...Милли. И Эванжи увела его к ней. У нас танец закончился и сир распорядитель сказал нам, где папенька. Мы вместе пошли с его сиятельством на третий этаж и увидели, как он препирается с охраной. Его сиятельство к ним подошёл, что-то сказал, я не услышала, только: “под мою ответственность” и мы все прошли. Но мы шли довольно громко: и ногами топали, и папеньки наши с вами почти кричали, так что я не понимаю, почему вы не услышали. Думаю, они вам шанс хотели дать, на всякий случай, если вы там, удрать, а вы, как оглохли.
Она фыркнула опять, как всегда, прикрыв рот ладошкой. Ивлин озадаченно почесал затылок.
- Надо же... - пробормотал он, - мы так заняты были разборками, что ничего и, правда, не услышали.
- Ну да, разбирались... А со стороны смотрелось, как будто обнимаетесь.
- Пф... обнимались, как же... Она пихала меня к балкону, а я как раз споткнулся и за неё же и уцепился. А тут двери открылись.
- Что будете делать? Оба противитесь браку и так попались, - Милли смотрела на него с любопытством.
- Думаете, не сбегу?
- Да как же, вы ж под арестом, как я слышала.
- Да вот так, по балконам и спущусь, - пожал он плечами. - Скучно мне стало сидеть, вот к вам и пришёл. А вниз посмотрел с балкона и понял, что так могу и до первого этажа спрыгнуть, а потом на землю. Ладно, и правда, надо идти, мало ли, облаву устроят, - он хмыкнул, подмигнул ей и скрылся на балконе. Вскоре, мелькнули в воздухе ноги и исчезли.
Милли посмеялась и заперла дверь на всякий случай, чтобы не шастал туда-сюда, всё же, чужой жених, сестрицы.
...А сестрица, тем временем, рвала и метала дома. Эван и не снились такие скандалы, она смотрела на то, что вытворяла Айлинон и только диву давалась. Она выла уже четыре часа. Четыре! Немыслимо. Как привезли, так рот и не закрывался.
Сама же Эван быстро освоилась в симпатичном домике, он ей очень понравился. А вот маменьке дочь не обрадовалась. При виде неё она постаралась побыстрее скрыться в комнате, что ей выделили, и Эван, улизнув, заперлась в ней, решив отоспаться за бессонную и полную самых разнообразных впечатлений, ночь. Но Айлин выла и выла...
- Я не хочу замуж! Я не хочу князя! Я не пойду замуж! Пусть выберет себе другую! Отвезиииите меня домой! Я хочу домоооой!
Всё это сопровождалось битьём в стену чего-то тяжёлого:
- бум! - Я не хочу - бум! - отвезите - бум!
И так далее по кругу. Папенька схватился за голову конкретно.
- Это вы виноваты! - заявила супруга, заталкивая в уши вату. - Вы разбаловали её, потакали ей во всех её шалостях, вот вам и результат. Вот Эван не будет выть, если её позовут замуж...
- Да, маменька, вы правы! Вы же не оставили мне выбора, - заявила дочь, как раз спустившаяся в гостиную, куда стеклись все обитатели. Слуги, правда, заперлись на кухне, посмеивались, играли в карты и пили... лонгвилльское, выставленное для них маркизом.
Услышав последние слова Эван, монсэрра замолчала и побагровела.
- Что ты...
- Ничего. Мне столько о вас рассказали во дворце, что мне пришлось принять первое предложение, которое поступило, - девушка гордо задрала голову и села за спиной маркиза, спрятавшись, как за скалой.
Он, чуть к ней повернувшись, взял за руку и успокаивающе похлопал по ней:
- У всех бывают ошибки...
- Вы ещё и оправдываете её? - поразилась Эванжи, - она вам изменяла со всеми, кого видела, родила непонятно от кого.... Так мало этого! Этот прощелыга домогался меня на балу! И даже поспорил на меня! Вы мне больший родитель, чем ма... чем она.
Маркиз встал и, обняв дочь, успокоил её, погладив по голове. Потом повернулся к маркизе.
- Ну... раз пошёл такой разговор... Расскажите нам, монсэрра, как же погибла наша первая дочь, наша Кэсси.
- От-ткуда... откуда я знаю, я же н-не видела... - пролепетала монсэрра Эмтимэна, - мы же вместе искали её.
- Ну да, ну да... А что за сир был у нас в тот день? - он подошёл к ней на пару шагов ближе и маркиза, вскочив, попятилась.
- Кому вы вознамерились отдать её замуж, минуя отцовское благословение? И как вы посмели разрешить ему задирать ей юбку??? Не поэтому ли она сбежала и предпочла утонуть в речке, чем выйти за него замуж?
- Кто вам... такое мог рассказать? Это всё неправда!
- Неправда? Мне это поведал её муж! А ему, она, естественно.
- Что? Муж? Какой муж?
- О, у неё очень влиятельный муж и такое выдумать - у него точно фантазии не хватит. Нет, не скажу вам, кто он. Если она захочет вас видеть, так и быть, привезу. А сейчас собирайтесь и езжайте домой, в замок. Сидите там и ждите, как я вам изначально и говорил. Могу только порадовать вас - у вас два внука. Большие уже.
Этим откровениям были поражены все - и монна Катарина, и Эванжи в ещё большей степени. Она только и знала, что Кэсси жива, но что и как у неё произошло, во дворце не было озвучено. Единственное, что она помнила, что его сиятельство был обижен на Айлин... за что? А, ну да, его сын старший женат на Кэсси, точно! А теперь Айлинон просватали за младшего, и она воет. Вот дурочка...
Кстати, несносная сестрица замолчала. Действительно, установилась тишина и все недоверчиво подняли головы, прислушиваясь.
- Я пойду, проверю, - сказала шёпотом Эван, выходя из гостиной.
- А вы, монсэрра, будьте любезны собрать вещи, - снова повернулся к супруге маркиз. - Здесь вы не останетесь ни минуты. И будьте готовы к тому, что скоро состоится герцогский суд. Мы расторгаем наш брак.
- Нет! Вы не посмеете! Всё это домыслы! Кэсси не могла этого сказать! Вы же знаете, что она не разговаривает...
- Ну да, вы же ей не раз напоминали об этом... что она “немтырь”. Не так ли? Да как язык у вас повернулся такое сказать собственному ребёнку! Я всё сказал - сегодня же вы выедете в замок. Кто там у вас? Соррена? - он вышел в коридор и гаркнул на все этажи сразу, - Соррена! Хеля! Быстро ко мне!
Девушки примчались в ту же секунду и вытянулись перед маркизом, как солдаты перед генералом.
- Быстро собрать монсэрра в дорогу! Чтоб через полчаса она уже сидела в карете. Хелли, детка, сбегай на конюшню, скажи Стинну, чтобы готовился в обратную дорогу. Да колёса пусть смажет, проверит! - крикнул уже ей вслед.
Маркиза, протиснувшись мимо него, быстро умчалась к себе в комнату, а он опустился в кресло и закрыл лицо руками.
- Столько лет - псу под хвост, - пробормотал сир Гаерутдин. - Только ради девочек и терпел...
Монна Катарина подошла к нему сзади и положила руки на плечи. Она ничего не говорила, просто стояла рядом, а он, склонив голову, прижался к одной её руке щекой.
Эван прокралась к двери сестрицы и дёрнула ручку. Дверь, на удивление, была открыта, и она тихонько заглянула. Айлин лежала на кровати, раскинув руки-ноги в разные стороны, и спала. Лицо опухло, нос, глаза были красными. Видимо, непривычная для девушки истерика далось ей тяжело, и она уснула-таки. Эванжи погладила её по волосам и приоткрыла немножко окно, так как в комнате было душновато, и пошла на кухню узнать об обеде, так как времени было уже прилично.
Маркиза собралась в рекордные сроки, горничные помогли ей в этом, а Стинн так же быстро приготовил и выкатил за ворота карету. Сир Гаерутдин вышел к нему, и они о чём-то толковали, когда монсэрра, злющая, как гусыня, у которой без разрешения повыдергали перьев из хвоста, скрылась в глубине кареты, Соррена же села у окошка. Она махала за обеих женщин и плакала, так ей очень не хотелось уезжать. Одно успокаивало, что Стинн поглядывал недвусмысленно и это внушало кое-какие перспективы.
Эван даже не вышла проводить мать. Она всё ещё была сердита на неё. Обед пообещали закончить готовить через несколько минут, и она пошла в сад.
Всё тут было мило, много деревьев, красивые цветы в клумбах, но в таком запущенном состоянии... Впрочем, это придавало саду своё очарование, напоминая кусочек дикой природы, и девушка наслаждалась покоем, птичками, щебечущими вверху, шуршанием листвы... Неожиданно наткнулась на скамью с высокой спинкой под старой липой и, стряхнув старые, пожухлые листья, уселась и закрыла глаза. Она не заметила, как задремала, и вздрогнула от того, что кто-то взял её за руку. Испуганно открыв глаза, увидела рядом баронета:
- Вы? Сир... как...
Он слегка улыбнулся одними губами, глаза же оставались серьёзными:
- Мне нет нужды теперь находиться на отборе, раз вас там нет. Вот, приехал навестить невесту. Пойдёмте, нас ждут.
Он протянул девушке руку, и они так и вошли в дом, под ручку. В столовой сир Камиэль обратился к маркизу:
- На балу всё получилось спонтанно и скомкано, но я хочу всё сделать, как положено.
Он поднялся и взяв Эванжи за руку, подвёл к маркизу:
- Я официально прошу руки вашей старшей дочери Эванжи, сир Гаерутдин.
Девушка покраснела и опустила голову, а маркиз, посмотрев на неё, спросил:
- Ты как? Согласна? Что ответить досточтимому сиру Камиэлю?
Она подняла взгляд на баронета и кивнула:
- Да, я согласна.
- Мы согласны, - засмеялся маркиз, - буду только рад.
Сир Камиэль повернулся к ней и надел на палец массивное кольцо.
- Так тому и быть, - хлопнул в ладоши маркиз. - Да где там обед? Несите уже, мы все с утра не ели! Да вина принесите! Нашего, любимого. Есть что отметить. Баронет, вы как, ели что-то сегодня? Нет? Ну и отлично, сейчас и поедим. Эва, что там Айли?
- Спит она, устала вопить, - усмехнулась Эван.
- Да... Досталось нам сегодня, - покрутил головой маркиз, - такого никак от неё не ожидал.
Он в двух словах рассказал об истерике Айлин гостю.
- Вот никак не желает замуж. Что с ней делать? - посетовал он.
- Я знаю, что делать, - усмехнулся сир Камиэль. - Давайте поедим, а потом я вам расскажу... 33
Коварные планы в действии
Начало
Айлинон приходила в себя довольно долго. Выходить в общую залу вниз, к родным, было стыдно. Она помнила, что с ней ехали домой папенька и Эванжи, но Милли... Она осталась там или тоже приехала? Их всех забрали? Почему? Занятая собой, обиженная тем, что решали её судьбу без её на то согласия, она явно что-то пропустила. Выспавшись, никем не потревоженная, она решилась спуститься и глянуть, кто из сестёр в доме. Но уже выйдя из комнат в коридор, столкнулась с Эван.
- О, Айлинон! Ты проснулась! Как ты себя чувствуешь? Ну ты и дала сегодня с утра! - неожиданно преувеличено громко воскликнула сестрица и потащила её за руку, - пойдём, ты же ничего не знаешь обо мне? Пойдём, я расскажу... Вот мои комнаты. Папенька такой домик прикупил, прелесть!
- Да куда ты меня тащишь? - несколько растерялась Айлин от такого напора, - пойдём лучше в сад, мне уже эти стены надоели.
- Да к себе же, в комнаты! Пойдём, покажу, как всё там красиво! У тебя я уже была, пошли ко мне!
И всё это так громко, на весь коридор. Пожалуй, даже внизу слышно было. Айлин поморщилась:
- Чего ты, Эван, так кричишь, голова и так раскалывается.
Она засмеялась:
- А не надо было так вопить, как пфуфугель, честное слово, - но громкость уменьшила.
Айлин, всё же, дала себя уговорить, так как была вялая и после сна, и после того, что устроила тут... и сама что-то предпринимать не желала вовсе. Они зашли в те комнаты, что выделили для сестрицы и уселись на пушистом ковре, обложившись подушками.
- “Как с Милли когда-то”, - подумала она, но не стала говорить этого вслух. Сестрица сейчас была очень на себя не похожа, весёлая, в глазах азарт какой-то. - “Наверное, есть какие-то новости”, - опять мелькнула мысль, но думать не хотелось.
Тут вдруг открылась дверь и появилась сначала оттопыренная нижняя часть спины Хелинки, открывающая ею эту дверь, а следом и сама горничная, занося поднос, полный всякой еды. От него пахло невероятно вкусно и Айлин непроизвольно сглотнула.
- Что ты там принесла?
- Пирожки... Только испекли, ещё горяченькие, - затарахтела Хеля, - сейчас молока принесу. Или что желаете?
- Молока и желаю, - вздохнула Айлин, - неси кувшин и две кружки. Ты же будешь? - глянула на Эван.
Та закивала:
- Да, буду.
- Ты же не пила никогда?
- Ну, с тобой за компанию выпью, так и быть, - она снисходительно улыбнулась, чем напомнила прежнюю себя.
Вскоре они уплетали горячие пирожки с разной начинкой и, переломив или откусив, смотрели, кому что досталось и, если не нравилось, начинали торговаться, кому это доедать. Наевшись и выдув почти всё молоко, сёстры откинулись на подушках и Айлин лениво напомнила сестре:
- Ты новости обещала, а сама меня накормила так, что дышать уже не могу.
- Сама и ела, - хмыкнула та. - Ладно, будут тебе новости, раз обещала. Хочу похвастать - меня просватали.
- Да ты что? - попыталась подскочить Айли, но не смогла и, рухнув обратно, махнула рукой. - За кого же? Ну, не тяни, а то лопну - если не от пирожков, так от любопытства.
- Ты удивишься... Но, так и быть, скажу. Это наш сосед, - она снова хмыкнула, - баронет...
- Неужели отец так обожаемой нами мэллоры Мартиши? - округлила глаза Айлин.
- Да, - тут Эван опустила глаза и посмотрела на сестру из-под ресниц - какое впечатление это на неё произвело. Айлин упала на подушки и повращала зрачками, показывая этим свою наивысшую степень удивления.
- И ты согласна? - недоверчиво поинтересовалась у сестры.
- Да, - кивнула она, - и, если вначале вынужденно, то теперь нисколько не жалею.
- А... почему вынужденно?
- Так ты и вправду не знаешь, что вытворяла наша маменька за спиной у нашего отца? - и, увидев её ошарашенное лицо, кивнула, - так слушай...
В общем, Эванжи рассказала всё, но с того момента, как на отборе баронет стал “преследовать” её своими взглядами и вообще, как бы, незримой опекой.
- Понимаешь, он узнал, что некие сиры, чтоб им икалось всю жизнь, поспорили на меня... не в самых лучших намерениях... вот. А он, имея дочь такую же, очень не хотел, чтобы что-то подобное приключилось и с ней. Потому и взялся меня опекать. Сначала присматривался, а потом и влюбился, - она улыбнулась. - А потом и сделал мне предложение. Но сначала рассказал о том, что увы, мне не светит нормальная партия и я должна согласиться на его предложение, чтобы скрыть этим маменькины похождения. Ты знаешь, что папенька выгнал её отсюда обратно в замок? И пригрозил герцогским судом, если не уймётся! Вот! Теперь ты всё знаешь.
Айлин просто ошарашена была подобными заявлениями. Она долго переваривала информацию и, наконец, выдала шёпотом:
- Хочешь сказать, что ты... что маменька...
- Да и так уже все знают, одна ты, как оказалось, в неведении. Да, я такая же, как Милли, только не от конюха, а от графа, но это не играет роли для общества. Если бы никто не знал, то, может, я бы и пофасонила ещё, а так... мне дали понять, что знают о моём положении многие. И папенька выставил, всё же, её отсюда в замок. А то устраивала тут...
- Хм... как думаешь, он будет подавать на герцогский суд? Ну, если захочет развестись.
- А... пусть делает, что посчитает нужным... Ой, я так рада, что Кэсси нашлась! - тут же перевела разговор в другое русло она.
- Да, неожиданно. А помнишь, я как-то делала предположение, что она тайно вышла замуж? Как угадала.
- Папенька злился и кричал на маменьку, что это она во всём виновата... Опять она! Что за жена такая ему досталась, прямо, наказание какое-то, - девушка покосилась на сестру - вываливать на неё и эту историю про причастность матери к исчезновению сестры или нет?
Айлин покачала головой:
- Ну, может, он погорячился. Как маменька может быть виновата?
- Нет, как оказалось, всё же, виновата, хоть и не злонамеренно. Она хотела отдать её замуж за какого-то сира непонятного, а Кэсси убегала от него и упала в речку с обрыва. Зато теперь она - жена старшего сына нашего монсира! Вот... И, да, у нас есть два племянника, представляешь! Мы - тётушки теперь. Наверное, скоро приедут в гости.
- У меня уже голова кругом идёт от таких новостей. А скажи... ты проверяла свой Эвеллон?
- Ах, да! Ты, что, всё забыла? Мы же вместе его смотрели и обе видели, что он дал росток.А второй, зелёненький, я подарила Мартише, чтобы она не вляпалась, как, чуть было, я. Так что мы вскорости поженимся и посадим свой в саду.
Айлинон вспомнила, что, кажется, и правда, смотрела с ней, но свой проверять не спешила - ей предложения не было. А приказам она не подчиняется.
Пока они болтали, накрыли к ужину и их позвали вниз. Сёстры спустились в столовую и встретили там баронета, всё так же беседующего с папенькой. Сир церемонно поздоровался с Айлинон, чуть дольше придержал ручку Эванжи, что вызвало хихиканье младшей, ещё не привыкшей к тому, что та уже невеста. Но баронет был невозмутим, улыбаясь одним уголком губ. И как это у него получалось? Но ему такая улыбка шла.
Усевшись, все приступили к трапезе. Айлинон, бегло всех оглядев, вдруг почувствовала, что тут что-то замышляется. Сначала остановила свой “орлиный” взор на новой экономке, монне Катарине, но та смотрела такими невинными глазами и всё больше на папеньку, что она усомнилась было, но, глянув на предмет обожания этой самой экономки, поняла, что интуиция её не обманывает. Вот уж кто не умеет делать “честные” глаза! Учился бы у неё или той же Эван. Айлин опустила взор в тарелку с жарким и задумалась. Что же они задумали? А вдруг - поженить их прямо здесь? А что, привезут этого пррринца, чтоб его, рухтового, да, именно так! пригласят священника и окрутят. Надо же, князь оказался принцем. Кошмар же... И тогда, у фонтана, тоже был он. И тоже в маске. С рождения он её, что ли носил? Несносная хихикнула и все сразу на неё посмотрели. Увидев всеобщее внимание, сразу посерьёзнела, свела брови и начала быстро всё доедать.
Маркиз снова уловил перемену в её настроении и тоже слегка нахмурился. Ой, ну что за девица! Глаз да глаз за ней нужен! Уже что-то придумала. Вопрос - что? Уж слишком быстро начала всё сметать с тарелок. Она и правда, всё съела, кусочков на дно накидала, вилочкой их подцепила и буквально вылизала весь соус.
- Всё, наелась, спасибо, папенька, я пошла к себе, можно? Эван, ты ещё задержишься? Ну, раз у тебя гости, - она снова растянула губы в улыбке.
- Иди, отдохни, - отпустил её маркиз, - как говорится, с утра голова ясная, и мысли в порядок приходят.
- Да, папенька, спокойной ночи, - она подошла к нему, маркиз поцеловал её в макушку, она его в щёку, ритуал был выполнен, и девушка выпорхнула из столовой.
Все переглянулись, и баронет хотел было что-то сказать, но сир Гаерутдин тут же приложил палец к губам.
- Хелли! Вина нам, лонгвилльского!
Эван уставилась на бутылки, что стояли на столе, но тут же послышался лёгкий топот ножек по лестнице вверх и она поняла трюк папеньки - Айлин точно стояла под дверью! Он попросил:
- Иди, займи её.
Она кинула взгляд на жениха, они кивнули друг другу, и девушка ушла.
- Ну, мы обо всём договорились и, пожалуй, отправлюсь я уже во дворец, - сказал сир Камиэль.
- Да, сир баронет, жду известий.
Мужчины вышли в холл. Маркиз проводил его до ворот и тот, сев в дожидавшийся его экипаж, уехал.
34
Коварные планы...
Кто кого
Айлин, запершись у себя, начала лихорадочные сборы. Лишь бы успеть! Вот чуяла её з... она, что что-то задумали эти сиры против неё, хоть и не поняла пока, что. Но и знать не хотела! Бежать! Отсюда легче это сделать, чем из дворца, поэтому...
Спустившись вниз, она пробралась на кухню. Встретив по дороге Хелю, сказал, что идёт попить и та сонно кивнула - не её просили и ладно. Горничная уже зевала вовсю и спала на ходу. Проследив за удаляющейся служанкой, пробралась на кухню и быстро проверила все верёвки и полки у печки. И - о, да, да! Нашла то, что искала - туфли! Не женские и это было большой удачей. Конечно, не те шикарные сапоги, что из дворца, но тоже ничего: коричневые, крепкие. Совесть её помалкивала - а нечего против неё заговоры устраивать. Хлебнув, как обещала, водички из кувшина, она закашлялась - это оказалось вино, слуги тоже баловались лонгвилльским, и, видимо, не допили. Отдышавшись, пошла к себе, под прихваченным полотенцем пряча находку в виде туфель.
Уже через час она была собрана. Вместо девушки сидел вполне себе молодой человек. Волосы она обрезала, как ни жалко было, но - или свобода, или принц... рухтов... Правда, только по плечи. И, на удивление, концы тут же закрутились вверх крупными кольцами!* Айлин вытаращила глаза, но не долго смотрела на это чудо, схватила давно приготовленную чёрную ленту и, пригладив волосы щёткой, туго завязала хвост. Насчёт дырок в ушах даже не волновалась - некоторые щёголи позволяли себе кольца. Правда, только в одно ухо. Пошарив в шкатулках с украшениями, подходящего кольца не нашла, все были только каменьями. Придётся, если кто спросит, поплакаться, что потеряла...
- “Потерял! Потерял, Айлин, а не потеряла! Ой, а как же теперь зваться-то?” Она задумалась. Вот ведь... всё продумала, кроме имени. Надо, что попроще, раз уж одежда у неё такая, простолюдинская.... простолюдская... как правильно-то её назвать...
*закрутились крупными кольцами. - Сама была свидетелем такого чуда - мама привела дочь в парикмахерскую обрезать длинные волосы, и они после того, как их обрезали в причёску “гаврош” - была у нас такая, они подпрыгнули и концы завились.)))
Пока она собиралась и думу думала, наступила глубокая ночь. Но, увы она так и не придумала себе мужского имени. Ни на чём не остановилась. И... уснула. Сморила её усталость эмоциональная. Но вскочила с утра с рассветом. Глянув на себя, испугалась - а вдруг кто входил? Папенька или Эван... а она в штанах и обрезанные локоны лежат у зеркала. Как же это она! Быстро подскочив, кинулась всё убирать, прятать, не снимая штаны, надела на себя своё любимое “маскировочное” платье, на этот раз оно был нежно зелёного цвета с атласными лентами.
Походила, привыкая, и решила, что, пожалуй, не очень удобно. Но снять не успела, так как постучалась к ней сестрица, которой тоже не спалось.
- Айлинон, ты спишь?
Она открыла ей и впустила:
- Нет, не сплю. Выспалась вчера ещё, - она невесело улыбнулась.
- Может, позвать Хелинку твою, пусть принесёт что-то поесть?
- Спит, поди.
- Ты бы её поселила где-то рядом, а то вот так кричать через весь дом...
Айлин покивала:
- Подумаю.
- Ты даже оделась уже. Завидую, ты, видно, у Милли училась самостоятельно всё делать?
- Да, готовилась ещё в замке. Хотела сбежать в дороге, но папенька поехал с нами и всё напутал.
- Зачем ты бежишь? Чем тебе принц нехорош? И симпатичный, и с титулом, и молод. Мне он, правда, тоже не понравился, ещё в замке, когда он князя изображал из себя.
- Не представляю себя с мужем. Не знаю, как это будет. Разве разрешит муж гулять, где захочу?
- Маменька и не спрашивала... - печально прошептала Эван.
- Ну, так гулять я точно не намерена, - слегка обиделась Айлин, - я представляю это по-другому - села в карету и поехала по разным дорогам, разным городам, смотреть, что у кого как, какие бывают ещё города, какие люди, что у них происходит не так, как у нас. Ведь не может же быть всё одинаковым? Вот у нас на площади Кавалеров фонтан есть и туда кидают по праздникам зазевавшихся девиц. А что у других? Неужели так же в праздники?
Эван скептически покачала головой:
- Выдумщица ты. Какое дело тебе до других? Тут с собой бы разобраться.
- Я никогда не думала о себе, если честно - что меня ждёт, какова судьба моя, какой муж или дети... Мамочки! Ведь ещё и детей надо будет как-то делать... Ужас просто! - она закатила глаза.
- Чем думаешь заняться сегодня? - неожиданно сменила тему разговора Эванжи, рассмеявшись на её слова.
Айлин растерялась. Она-то думала уже об этом, но говорить вслух как-то не готова была.
- Ну... знаешь, мы же в столице, а были тут так давно, помнишь? Ничего и не видели, и не знаем. Может, съездить погулять? Посмотреть на город, что здесь и как? Может, рынок посетить. Есть тут рынок, ярмарка, как думаешь?
- Не знаю по поводу рынка, а вот магазины можно посетить, - закивала Эван. Её глаза загорелись азартом. - Давай сразу после завтрака и поедем.
- Всё, решено!
Они расстались до завтрака и Айлин уселась за бюро составлять план действий. Она расчертила листок и пронумеровала каждую строчку. 1-, 2-, 3- и так далее. Набралось пока десять пунктов.
- Первое... что там... Ага, узнать дороги из города. Какая куда ведёт и в какую сторону лучше податься. Второе... Всё же, рубаху сменить надо, а то серые штаны, серая рубаха... фууу! Рухт, рухт... Не забыть бы. Третье - придумать, всё же, имя себе. Как раз похожу по городу, и решу. Может, кто-то кого-то позовёт и мне понравится. Айлин, Айрин, Ай... Ой, нет. Надо уходить от этого “ай”. Может, на З? Кто в доме-то из монов - Жиротдин, Стинн... Ещё Норишь, Торрсет. Ладно, если ничего не приглянется в городе, выберу одно из этих.
Штаны она, всё же, сняла. И неудобно в них, да и жарко. А тут и на завтрак Хелинка позвала:
- Барышня! Вас ждут!
Она быстренько спрятала список в бюро, замкнула на ключик, быстро скрутила в жгут короткие нынче волосы, заколов заколками с красивыми, изумрудными камнями, чтобы не бросалось в глаза, и выпорхнула в столовую.
Тут они с Эван и стали выпрашивать у папеньки поездку в Эндижон:
- Мы в столице уже сколько дней, а нигде и не были, - начала атаку первой Эванжи, - это ли не стыд для нас!
- Стыд будет мне, если что с вами случится, - нахмурился папенька, - что ни говори, обе просватаны, невесты...
При этом слове Айлин дёрнулась, как будто её кто укусил, но промолчала, опустив глаза в тарелку с творогом, политым клубничным соусом. Да, больше она не плакала, но и не смирилась, видно было невооружённым глазом. Папенька жалел о затеянном, но отступать было поздно, “телега запряжена и поехала уже с горы”. Так передали утром из дворца, запиской.
Что под этим подразумевалось, он не совсем понял, но хотелось бы, чтобы под эту телегу не попал он сам.
- Ладно, - сдался он под натиском обеих девиц, - так и быть. Езжайте, я вам выделю денег, вызову наёмный экипаж с охраной. Думаю, одного достаточно будет? - он пробуравил обеих фирменным своим взглядом, от которого их пробирало до костей.
Но не в этот раз! Одна, правда, по привычке ойкнула и закивала согласно головой, соглашаясь с ним, но не вторая! Эта только поджала губы. Ей уж точно охрана не нужна. Надо будет сказать этому молодцу, чтобы с неё глаз не спускал.
Завтрак закончился без скандала, спасибо Ледору! Девочки его собрались в рекордные сроки и уселись в вызванный экипаж с верхом. Впрочем, по случаю хорошей погоды его откинули, и они восседали с зонтиками на коленках и веерами в руках, с гордым видом посматривая на несчастного отца. Вид, и правда, был у него несчастным, и впервые у Айлин сжалось сердце при мысли, что придётся его огорчить в очередной раз. Но припомнив про “заговор”, она стряхнула эту жалость и спряталась за веером.
- Пока, папенька, мы часа на три, четыре, не больше. Погуляем, что-то прикупим и приедем. Вам купить что-то? - Эван была так довольна, что их отпустили, что даже решила сделать ему подарок. - Сами вернитесь назад, - “пошутил” он, не скрывая беспокойства.
- Вернёмся, - уверенно ответила Айлин, - не переживайте. Мы же невесты! - она скривилась при этом рот, но глаза смотрели так правдиво. Вот как она так умеет? Он махнул рукой, и возница, приняв это за знак, дёрнул вожжи:
- Но, вперёд, родные!
Маркиз проводил их взглядом и дождался, когда сзади примкнул к экипажу всадник на каурой лошади. Проезжая мимо сира, кивнул ему и приложил руку к своей шляпе. Охрана есть, можно выдохнуть и маркиз ушёл в дом, где его ожидала монна Ката...
...На них оглядывались и, не привыкшая к такому вниманию Айлин ёжилась и закрывалась под шляпкой, которую а, всё же, нацепил. А Эван и вовсе голову не поворачивала, гордо смотрела перед собой. Экипаж привёз их в центр и девушки отпустили его. Теперь они стали заботой бравого молодца, не спускавшего с них глаз. Но девиц две, а он один. Да, прав был папенька, когда собирался вначале им по персональному охраннику выделить...
Айлинон даже не прилагала особых усилий, чтобы улизнуть, и сама не заметила, как “потерялась”. От лавки к лавке, от магазина к магазину... А вон там что? А это где? А что в лавке у Мординари? Оу, драгоценности! И где такая? В общем, пока сестрица рассматривала с восторгом колье, кольца и всё прочее, застряв в ювелирной лавке этого самого Мординари, она выскользнула с тремя посетителями, что тоже выходили, и скрылась в толпе прогуливающихся мэллор и сиров.
Надо же, молоденькие девицы свободно гуляли и без всякой охраны! Она быстренько между ними затесалась и пошла к единственному известному ей предмету в городе - к площади Кавалеров. Нет, праздника не было сегодня и девиц в фонтан не бросали, но за ним, через ещё одну площадь, была развёрнута ярмарка. Об этом охотно рассказал их возничий и показал даже кнутом, когда проезжали мимо. Именно туда и отправилась Айлинон. Мужские предметы туалета, недостающие и столь необходимые ей, можно было там купить запросто. Что она и намеревалась сделать без свидетелей.
Площадь Кавалеров она нашла быстро, осталось её пересечь и повернуть чуть наискосок. А наискосок куда - налево или направо? Айлин закрыла глаза и стала вспоминать, как они ехали и куда тыкал кнутом возничий. И, разумеется, с её везением на неё кое-кто наткнулся. Первая мысль была - князь! Вторая - принц... что одно и то же. Но не они, то есть, он, а граф, один из его опекунов, Огюстес Ди’Корридан. Он внимательно на неё посмотрел, мило улыбнулся, приложив руку к груди, извинился, что налетел на мэллору, и спросил, явно делая вид, что не узнаёт:
- Такая красавица бродит одна? Вас проводить?
Она закивала, тут же сообразив, что до ярмарки он её сможет проводить, и сказала, опустив голову:
- Папенька отпустил за покупками, вот... ищу ярмарку. Я тут почти первый раз.
Сир Корридан согласился без лишних разговоров проводить девушку до ярмарки, но поинтересовался:
- А почему - почти первый? Был ещё?
- О, да! Мы приезжали сюда как-то на праздник... на день рождения принца, кажется, но это было давно, во-первых, а во-вторых, маменька нас так в город и, не вывезла. Смотрели на него только из окон кареты, - она вздохнула.
- И, что, больше не были ни разу?
Она мысленно закатила глаза - вот пристал! Но ответила со всей любезностью:
- В детстве часто приезжали на детские праздники во дворец.
- А, так, стало быть, мэллора бывала во дворце? Тогда почему столь знатная мэллора не на отборе? Кто ваш отец?
Айлинон замерла. Так он, что, не узнал её? Если так, ещё лучше! Можно врать напропалую! Сделала грустные глазки:
- Вот... тоже огорчились... А так ждали... Может, папенька наш в опале, кто ж скажет.
Пока они болтали таким образом, сир довёл её до ярмарки, благополучно проведя через обе площади. Чтобы избежать дальнейших вопросов о папеньке, она начала задавать вопросы одни за другими без остановки:
- А как эта площадь называется? Очень красивый памятник стоит. Кто это? Столько цветов вокруг! А фонтанчик маленький, но тоже миленький! Ой, а что это в руках у статуи?
Она болтала без умолку, соображая, как отделаться от любезного провожатого, буквально прилипшего к ней. Он, и правда, не отставал, шёл рядом, ровно в шаге от неё, не давая возможности маневрировать.
- Это памятник нашему первому герцогу, предку нынешнего монсира, герцога Рэдмона Джэн’ольсского Флеондрийского. Его имя должно быть известно мэллоре... - он вопросительно посмотрел на неё, намекая явно на её имя, но она сделала вид, что не поняли и выпалила:
- Конечно, я знаю, как зовут нашего первого герцога! Сир Лэдвин Канталейский Флеондрийский! Вот!
- Всё правильно, - улыбнулся он, - а в руках он держит - в одной шпагу, во второй трубу дальнего обозрения, - и тут они вышли к ярмарке и Айлинон, прижав ручки к груди, воскликнула:
- Ух, сколько всего! А сколько тут рядов? А не знаете, где тут ленты? А где шляпки? Или нет тут такого и надо было лавки в городе искать?
Он кивнул, чуть растерявшись. Видимо, сюда точно граф не ходил никогда, тем более, не сопровождал девиц. Но она ринулась в первый к ним ряд и уже на первом этапе чуть не сбежала.
Граф носился за ней, вспотев, и уже проклинал свою службу, на чём свет стоит. Конечно, он узнал объявленную невестой его подопечному девицу Мо’Блан, но делал вид, что не понимает, что девица из себя представляет, надеясь из её же болтовни выведать, каковы у неё планы. Но не тут-то было! Из неё втянуть что-то было просто невозможно! А когда эта невозможная девица увидела ряды с озвученными ею товарами, то у него просто закружилась голова: ткани, которые перед ней разворачивали рулонами, ленты совершенно разных оттенков и цветов, шляпки - маленькие, большие, с цветочками, лентами, брошками...
В очередном вихре тканей он её и потерял. Когда этот вихрь угомонился и лёг на прилавок, девицы рядом не оказалось. Граф побледнел и ринулся её искать, носясь по всем рядам, но она как сквозь землю провалилась! Он помнил только, что на её голове была кокетливая шляпка с фиолетовым цветочком и он кидался на всех мэллор и монсэрра с подобной шляпкой, но, увы, это была не она.
Пробегав так с час, вышел на середину самого широкого ряда и решил спокойно осмотреться. Да здесь ли она ещё? Вдруг уже на пути из города? Но тут можно быть спокойным - “возничий” Корнелий ей описал все те дороги, где её точно будут ждать. Приняв, наконец, решение идти обратно, он развернулся к выходу из этого сумасшедшего дома и тут же нос к носу столкнулся с невыносимой девицей, стоявшей ровно позади него с огромной шляпной коробкой, и двумя пакетами, столь же огромными. И первое, что он увидел - на её голове была совершенно ДРУГАЯ ШЛЯПКА! Он уставился на неё, как на привидение (на шляпку) и не мог отвести взгляда. Ведь искал её по дурацкому цветочку, а сейчас это была прекрасная шляпка с милой ленточкой по тулье, ничего лишнего и всё в тон наряду. Он пожевал в досаде губы и спросил, вернее, сказал утверждающе-обвиняюще:
- Вы поменяли шляпку.
- О, вы заметили? Какой вы внимательный! Ваша супруга должна быть вами довольна, сир.
- А...
- А старую я положила вот в эту коробку, - она ткнула ему коробкой чуть не в нос. - Вы не могли бы найти для меня экипаж, чтобы я могла доехать до дома? Очень много покупок сделала, да и дороги не знаю. Это было бы очень любезно с вашей стороны.
Графу ничего не оставалось, как забрать у неё покупки (круглую коробку она ему не дала) и выйти уже на мощёную дорогу. Там, как оказалось, стояли наёмный экипажи в ожидании клиентов, и они без труда нашли один подходящий. Но одну её сир Корридан не рискнул отпускать. Так и довёз до самых ворот их особняка. Там сдал с рук на руки взволнованному папеньке и откланялся.
- Где ты была, несносная дочь моя? - с порога (от самых ворот) завопил он. - Ты смерти моей хочешь?
- Папенька, я заблудилась! Я думала, Эван уже вышла и кинулась следом, а оказалось, это не она. Сестрица вернулась? - тут же озаботилась она, похлопав ресницами.
- Вернулась, - буркнул он, - но, вижу, ты не растерялась, - кивнул маркиз на пакеты, что заносил в дом Норишь. Коробку она так и тащила сама, помахивая ею небрежно.
- Ну, наткнулась на графа, и он помог мне - отвёл на ярмарку и там показал, где и что можно купить из того, что я хотела бы. И, представляете, папенька, он там потерялся, - она хихикнула, - наверное, не бывал никогда в таком месте.
- Потерялся? Он? Да как он мог потеряться! Он был лучшим из лучших в армии...
- Не знаю, как в армии, а на ярмарке, увы...
Отец уже с предвкушающей улыбкой посмотрел на дочь:
- И... как вы нашлись?
- Как, как... Я и нашла его. Я же не терялась, - пожала плечиками Айлинон.
Маркиз расхохотался так, что ему вторили на конюшне лошади и Айлин шарахнулась, притворно испугавшись и прижав к щеке ладошку:
- Ой, папенька, ну вы и смеяться горазды.
Она тоже смеялась и так они и вошли в холл, где все ожидали “потерявшуюся” мэллору Айли. И никак не ожидали столь весёлой встречи со стороны папеньки, который грозился запереть её в подвале.
продолжение - https://www.stranamam.ru/post/14972943/





Комментарии
Спасибо
А сегодня можно надеяться на продолжение увлекательного чтения?
Вставка изображения
Можете загрузить в текст картинку со своего компьютера: