Айлинон-7
Глава седьмая
Каждой по Эвеллону
Айлин сидела перед зеркалом, расчёсывая волосы самостоятельно, без помощи своей Мильки. Она сама себя и ко сну приготовила - переоделась, помылась... Ну, как помылась - просто вылила на тело пару вёдер воды, приготовленных Милькой заранее. Но всё равно чувствовала себя героиней. Вот ещё проблема - длинные волосы. Как быть с ними, когда отправится путешествовать? Рука замерла где-то на макушке и девушка уже не видела ни себя в зеркале, ни самого зеркала... Перед ней расстилалась широкая дорога, впереди маячил мираж в тонкой дымке марева... Что там её ждёт? Вот кто-то показался в дорожной пыли... И тут вздрогнула от вопля маменьки:
- Мииилькааа!
Айлинон подкочила, чуть резче ткнула гребнем в волосах и оцарапала голову.
- ТЬфу на вас, маменька, - выругалась она шёпотом, - что ж вы, как пфуфугель* вопите... Такие мечты вспугнули.
И что ей в такое время от Мильки нужно? Любопытство не порок, как известно, но... В общем, девушка накинула на себя шёлковый халатик и тихонечко подошла к лестнице, свесившись с перил. Вскоре услышала, как из холла стукнула дверь и в гостиную вошла Милька.
- Убрать здесь всё! Где шатаешься? Должна всегда быть рядом, под рукой.
Наступила тишина, только Милька шуршала чем-то. Видимо, приступила к уборке. Айлин уже хотела уходить, но тут маменька начала говорить, но уже не так громко... Так-так! Уже интересно!
Изнывая от любопытства, успев на всякий случай оглядеться - никто не видит? она спустилась на цыпочках ниже и стала прислушиваться, почти приблизившись к матери, которая стояла к ней спиной в дверном проёме.
Весь разговор она услышала от и до и, поняв, что маменька его закончила, быстрее молнии рванула к себе.
- “Интересно... не одной мне пришла мысль Мильку приодеть. А ей-то это зачем? Какову цель преследует? Вывести в люди - навряд ли. Удавится маменька, но этого не допустит. Посмеяться? Скорее всего”.
Она рысью кинулась к чёрному ходу и, спустившись, юркнула в полуоткрытую дверь какой-то кладовки. Увидев поравнявшуюся с дверью “нечаянную”, схватила её за руку и затащила туда же.
- Ай, барышня, вы меня до смерти перепугали!
- Шшш, тихо... Я всё слышала, что тебе маменька вещала, поэтому и прибежала. Мне вот интересно, что она хочет этим добиться? Смотри, держи ухо востро! Она та ещё интриганка. Пошли, у меня переночуешь, составим план действий.
Они вышли и так же, по чёрной лестнице, поднялись в покои Айлинон, где барышня похвасталась, как она самостоятельно приготовила себя ко сну. Милька слушала и кивала одобрительно. Потом задумалась на минуту и сказала неуверенно:
- Осталось научиться спать на полу.
- Что? На полу? Зачем на полу? - всполошилась барышня.
- Ну... в пути же всякое может случиться. Вы кем хотите нарядиться? Богатым господином или бедным? Вы же просили одежду попроще, чуть ли не у конюхов стащить.
Да, было дело. Айлин почесала свой носик и покусала нижнюю губку. Может, она и права, в очередной раз. Ой, как всё сложно! Всего разве можно предусмотреть?
- Э... может, ты со мной пойдёшь? Ну, если тебя никто не выберет на отборе. Если выберут - пойдёшь, так и быть, замуж.
Милька замотала головой:
- Простите, барышня, я вас очень люблю, но бродить по дорогам - это точно не моё. Я очень домашняя. Мне по нраву домашний уют, чтобы крыша над головой, стены крепкие, если повезёт - муж добрый, хороший. Вот как... батюшка ваш.
- И твой, и твой, дорогая, - хмыкнула Айлинон. - Но, соглашусь, он очень добрый и, если бы маменька любила его или, хотя бы, уважала, то и жили бы мы и не тужили. А так, у нас есть ещё и ты. Давай, садись на ковёр, обсудим кое- что.
Она первой уселась на пол, кинув предварительно подушки и под себя, и просто на ковёр, а “нечаянная” устроилась рядом.
- В общем, я переговорила с папенькой о тебе, и он согласен выдать тебе всё, что приготовил. И даже квартирку или домик прикупил, я не поняла ещё, что именно и где. Так что ты в любом случае будешь в полном порядке. Сказал, что даже прислугу тебе нанял. Что просто замечательно!
- Зачем мне прислуга? Я и сама могу...
- А затем, что я там жить буду. А ты - замуж, замуж, дорогая! Ахахаха! Очень надеюсь, что ты составишь себе прекрасную партию. Так что, учись как следует - и танцевать и реверансы делать, и разговаривать и всему прочему. Я сама и половины не знаю того, что требуется... А вот, кстати, ты уже выучила, как держать ложки-ножи-вилки? - и дождавшись кивка, продолжила, - отлично! Ну-ка, пройдись, как будто у тебя зонтик в руке.
- Ночь уже, я бы спать легла...
- Ладно, завтра... - Айли кивнула и, широко зевнув, первая завалилась на ковёр, попутно стаскивая с кровати одеяло и закутываясь в него.
Проснулась Айлинон посреди ночи. Причём, внезапно, как от толчка. Увидев себя на полу, несколько озадачилась, но потом вспомнила, что они с Милькой улеглись тут для опыта. Лежать на пушистом ковре было неплохо, а под одеялом и того лучше. Уставившись в тёмное окно, за которым мерцали звёзды, она вдруг вспомнила, от чего проснулась. У неё из головы не шёл разговор с маменькой о её “потеряшках” в те далёкие годы, когда была совсем юной, почти девчонкой. Да такой и была, собственно.
Разумеется, она всего никому не говорила, тем более, маменьке! Не дай боги! То, что кавалеры окунали в довольно глубокий и огромный фонтан барышень, это был общеизвестный факт. День такой был, праздничный, и площадь - она так и называлась, площадь Кавалеров, в праздник отдавалась этим гулякам в полное их распоряжение. И все знали об этом. Если барышни не хотят попасть под их шутки, довольно несносные, то обойдут площадь стороной, а если... гм... не боятся, то уж тут, как говорится, сами виноваты. Её бы никто окунать не стал, так как на взрослую барышню Айли никак не тянула. Да и платье ещё было укороченное до середины голени и из-под подола торчали кружева панталон. Она их терпеть не могла, но вот маменьке это очень нравилось. Она с особенным тщанием заставляла расправлять их и крахмалить. Но в тот вечер девочка сильно их подпортила...
В то, прошлое, посещение Эндижона* должен был состояться детский бал для таких юных господских деток, как она и сестрица, которая с жаром стремилась туда. Но Айлинон на него так и не попала, потому что сбежала. Навряд ли маменька соизволит вывести их хотя бы в парк, поэтому, она сбежала потихоньку и гуляла одна. Когда ещё в столицу попадёшь! В тот день все гуляли, весь город - был день рождения младшего герцога, ко всему прочему, и отмечали его очень широко. И многие, как и она, были в масках. Правда, у неё она была чисто символической, кружевной и без прорезей для глаз, просто в виде вуали. Она ходила, глазела по сторонам, разглядывая красивые дома с вычурными колоннами, причудливые деревья, остриженных в виде разных фигур - как животных, так и людей, и, конечно же, с её чудесным везением, не могла не попасть в передрягу.
Оказавшись на площади, в полном неведении о правилах её посещения в праздничные дни, она попалась в руки одному гуляке. Видимо, уже хорошо выпивший, мужчина сначала ухватил её в охапку и хотел поцеловать, но Айли это не понравилось, и она укусила его за торчащий из-под маски длинный нос. Мужчина завопил и выпустил девчонку. Айлинон отскочила от него и тут как раз полетела в фонтан девица, подняв тучу брызг, которые попали и на неё. Опять пришлось отскакивать и она тут же спиной влетела в другого мужчину. Он, ожидаемо, завопил - девочка наступила ему на ногу, а она, испугавшись его вопля, отпрыгнула и подвернула ногу, тут же начав оседать с тихим шипением. Приличная девочка, вроде сестрицы, простонала бы что-то, типа, “Ах, умираю!”, но только не наша барышня! Мужчина оказался довольно молодым парнем в чёрной маске с блестящей окантовке. Он со злой миной на лице, что видно было по сжатым губам, подхватил её под руку и отволок к скамье на аллее сквера неподалёку.
- И вот зачем было так орать, - проворчала Айли, усаживаясь на скамью, - и пугать бедную девушку.
- Бедную? Девушку? - его бровь выгнулась из-под маски наружу. - Для бедной у вас, милая барышня, слишком нарядное платье. А для девушки - слишком короткое, - и он обидно ухмыльнулся.
И точно. Бедные так не одеваются. И ноги не оголяют, между прочим. Айли скривилась, нога болела.
- Так, и чего здесь бродим? Сейчас тут опасно маленьким девочкам.
- Ха, - ответствовала она, - можно подумать, что сами вы очень уж взрослый и гуляете здесь по своему праву.
Парень замер сначала, потом фыркнул:
- Что, так заметно?
Она пожала плечиком.
- Конечно, вы довольно длинный, но это бывает. У нашего конюха сын тоже, как каланча вымахал. Худенький вы очень и голос совсем не как у взрослого.
- Какая вы внимательная, всё замечаете, - недовольным голосом буркнул парень, поправляя маску. - Кто вы, откуда приехали в столицу? Наверняка, сбежали от родных.
- Сбежала? Вот ещё! Потерялась. Гуляли мы с маменькой, гуляли и куда они в толпе свернули, я не заметила.
- Но я не вижу, чтобы вы были сильно расстроены или испуганны.
- А чего пугаться, не в лесу дремучем потерялась. Правда, теперь даже не знаю, как дойду, не рассчитывала я, что кто-то меня так напугает и я сломаю ногу.
- Что? Сломали ногу? Не выдумывайте. Нормальная нога у вас. Сейчас посидите немного и она станет, как новенькая.
- Хорошо бы... - проворчала Айли, - а то от маменьки попадёт.
Он нагнулся и помассировал её лодыжку.
- Что вы делаете, сир? - зашипела она на него, дрыгнув ногой так, что свалилась и отлетела туфля.
- Проверяю целостность вашей ноги, - захохотал он. - Жить будете. Как вас, всё же, зовут? Откуда приехали к нам?
- А не вы первым должны представиться? - подняла бровь, изображая сестрицу, зловредная барышня, - мне папенька всегда говорил, что мужчины первыми должны это делать.
Парень вздохнул, встал и представился:
- Истион Оже, князь...
Айли так и подпрыгнула. Вот оно! Вот где она слышала это имя! Значит, этот князь, которого она камнем сшибла с лошади, тот самый Оже, да ещё и князь. Ну да, одет он был, хоть и без особой помпезности, но довольно богато. Девушка подскочила к окну и задышала в него часто-часто, приходя в себя от неожиданного открытия. Обернувшись на “нечаянную”, увидела, что та сладко спит и позавидовала. Пройдя к камину, который тлел слегка огоньками, чтобы они не замёрзли ненароком, так как по ночам было довольно прохладно, девушка задела сложенные на спинке кресла вещи Мильки - рубаха, юбка, фартук, и они упали. Когда начала всё складывать обратно, увидела, как из фартука выпало что-то, блеснув при этом во вспыхнувшем огоньке пламени. Быстро кинув вещи в кресло, подняла то, что выпало и поняла, что это плод с семейного дерева, Эвеллон. И был не простым, золотого цвета.
- Ого, - пробормотала Айлин, - вот это да! Она ходила туда без меня и Дэймар*, очевидно, выдал ей своё напутствие перед дорогой. Интересно, откуда он узнал, что она тоже поедет с нами? А, наверное, слышал же... Может, сейчас сбегать туда и он и мне скинет предсказание?
Оглянувшись на Мильку, она положила Эвеллон обратно в карман Милькиного фартучка и, накинув халатик, потихоньку выскользнула из комнаты. Спустившись по чёрной лестнице, чтобы не столкнуться ненароком с маменькой - вдруг и ей не спится! на первый этаж, девушка подошла к окну, так как двери запирались на ночь на ключи, и приоткрыла его створки. Выглянув наружу, прислушалась. Вроде, тихо. Быстренько уселась на подоконник и, перекинув ноги через него наружу, спрыгнула с другой стороны прямиком в клумбу. Спасибо, не с розами. Потирая коленку, ушибленную в очередной раз, девушка похромала к семейному древу. В темноте, под звёздами и неяркой луной идти было страшновато. То тени какие-то её пытались запугать, то кусты цеплялись за халатик. Она шла, поёживаясь от ночной прохлады и досадовала, что не накинула, хотя бы, платок на плечи. Древо возникло внезапно и Айлин отчего-то струхнула, такое оно было в темноте величественное-огромное. Захотелось даже не просто войти под его ветви, а попросить разрешения. Что она и сделала. Подойдя вплотную, взяла одну ветку и сказала дрогнувшим шёпотом:
- Можно, я посижу у тебя под веточками? Очень надо.
Ей показалось или оно кивнуло своей зелёной, но чёрной в темноте, шевелюрой? По крайней мере, она с чистой совестью опустилась на коленки и проползла под низкими ветвями к самому стволу. Сначала она попыталась нашарить хоть один Эвеллончик, но, ничего не нашарив, и чувствуя, как глаза просто слипаются, подгребла под себя побольше листьев и улеглась, свернувшись калачиком. Не успела улечься, как уже спала сном праведницы-послушницы из монастыря.
Проснулась девушка рано. Как ни странно, она не замёрзла, и даже наоборот, лежала, раскинувшись под деревом в любимой позе. И только открыла глаза, как прямо на лицо упал он, предмет её вожделения на данный момент! Он откатился буквально на мизинчик от неё и Айлин, быстро ухватив добычу, стала с любопытством разглядывать подарок от Дэймара. Цветом он отличался от Милькиного, оказался серебряного, яркого оттенка, даже смотреть было больно и, если Милькин был абсолютно гладким, то её Эвеллон оказался с колючками, но какими-то мягкими, не колючими, как у крыжовника, только чуть пожёстче. Он ей сразу понравился. Покатала в ладошках, поцеловала и прошептала:
- Спасибо!
пфуфугель* - птичка, похожая на павлина.
Дэймар* - Древо-Хранитель
продолжение... https://www.stranamam.ru/post/14961770/
Каждой по Эвеллону
Айлин сидела перед зеркалом, расчёсывая волосы самостоятельно, без помощи своей Мильки. Она сама себя и ко сну приготовила - переоделась, помылась... Ну, как помылась - просто вылила на тело пару вёдер воды, приготовленных Милькой заранее. Но всё равно чувствовала себя героиней. Вот ещё проблема - длинные волосы. Как быть с ними, когда отправится путешествовать? Рука замерла где-то на макушке и девушка уже не видела ни себя в зеркале, ни самого зеркала... Перед ней расстилалась широкая дорога, впереди маячил мираж в тонкой дымке марева... Что там её ждёт? Вот кто-то показался в дорожной пыли... И тут вздрогнула от вопля маменьки:
- Мииилькааа!
Айлинон подкочила, чуть резче ткнула гребнем в волосах и оцарапала голову.
- ТЬфу на вас, маменька, - выругалась она шёпотом, - что ж вы, как пфуфугель* вопите... Такие мечты вспугнули.
И что ей в такое время от Мильки нужно? Любопытство не порок, как известно, но... В общем, девушка накинула на себя шёлковый халатик и тихонечко подошла к лестнице, свесившись с перил. Вскоре услышала, как из холла стукнула дверь и в гостиную вошла Милька.
- Убрать здесь всё! Где шатаешься? Должна всегда быть рядом, под рукой.
Наступила тишина, только Милька шуршала чем-то. Видимо, приступила к уборке. Айлин уже хотела уходить, но тут маменька начала говорить, но уже не так громко... Так-так! Уже интересно!
Изнывая от любопытства, успев на всякий случай оглядеться - никто не видит? она спустилась на цыпочках ниже и стала прислушиваться, почти приблизившись к матери, которая стояла к ней спиной в дверном проёме.
Весь разговор она услышала от и до и, поняв, что маменька его закончила, быстрее молнии рванула к себе.
- “Интересно... не одной мне пришла мысль Мильку приодеть. А ей-то это зачем? Какову цель преследует? Вывести в люди - навряд ли. Удавится маменька, но этого не допустит. Посмеяться? Скорее всего”.
Она рысью кинулась к чёрному ходу и, спустившись, юркнула в полуоткрытую дверь какой-то кладовки. Увидев поравнявшуюся с дверью “нечаянную”, схватила её за руку и затащила туда же.
- Ай, барышня, вы меня до смерти перепугали!
- Шшш, тихо... Я всё слышала, что тебе маменька вещала, поэтому и прибежала. Мне вот интересно, что она хочет этим добиться? Смотри, держи ухо востро! Она та ещё интриганка. Пошли, у меня переночуешь, составим план действий.
Они вышли и так же, по чёрной лестнице, поднялись в покои Айлинон, где барышня похвасталась, как она самостоятельно приготовила себя ко сну. Милька слушала и кивала одобрительно. Потом задумалась на минуту и сказала неуверенно:
- Осталось научиться спать на полу.
- Что? На полу? Зачем на полу? - всполошилась барышня.
- Ну... в пути же всякое может случиться. Вы кем хотите нарядиться? Богатым господином или бедным? Вы же просили одежду попроще, чуть ли не у конюхов стащить.
Да, было дело. Айлин почесала свой носик и покусала нижнюю губку. Может, она и права, в очередной раз. Ой, как всё сложно! Всего разве можно предусмотреть?
- Э... может, ты со мной пойдёшь? Ну, если тебя никто не выберет на отборе. Если выберут - пойдёшь, так и быть, замуж.
Милька замотала головой:
- Простите, барышня, я вас очень люблю, но бродить по дорогам - это точно не моё. Я очень домашняя. Мне по нраву домашний уют, чтобы крыша над головой, стены крепкие, если повезёт - муж добрый, хороший. Вот как... батюшка ваш.
- И твой, и твой, дорогая, - хмыкнула Айлинон. - Но, соглашусь, он очень добрый и, если бы маменька любила его или, хотя бы, уважала, то и жили бы мы и не тужили. А так, у нас есть ещё и ты. Давай, садись на ковёр, обсудим кое- что.
Она первой уселась на пол, кинув предварительно подушки и под себя, и просто на ковёр, а “нечаянная” устроилась рядом.
- В общем, я переговорила с папенькой о тебе, и он согласен выдать тебе всё, что приготовил. И даже квартирку или домик прикупил, я не поняла ещё, что именно и где. Так что ты в любом случае будешь в полном порядке. Сказал, что даже прислугу тебе нанял. Что просто замечательно!
- Зачем мне прислуга? Я и сама могу...
- А затем, что я там жить буду. А ты - замуж, замуж, дорогая! Ахахаха! Очень надеюсь, что ты составишь себе прекрасную партию. Так что, учись как следует - и танцевать и реверансы делать, и разговаривать и всему прочему. Я сама и половины не знаю того, что требуется... А вот, кстати, ты уже выучила, как держать ложки-ножи-вилки? - и дождавшись кивка, продолжила, - отлично! Ну-ка, пройдись, как будто у тебя зонтик в руке.
- Ночь уже, я бы спать легла...
- Ладно, завтра... - Айли кивнула и, широко зевнув, первая завалилась на ковёр, попутно стаскивая с кровати одеяло и закутываясь в него.
Проснулась Айлинон посреди ночи. Причём, внезапно, как от толчка. Увидев себя на полу, несколько озадачилась, но потом вспомнила, что они с Милькой улеглись тут для опыта. Лежать на пушистом ковре было неплохо, а под одеялом и того лучше. Уставившись в тёмное окно, за которым мерцали звёзды, она вдруг вспомнила, от чего проснулась. У неё из головы не шёл разговор с маменькой о её “потеряшках” в те далёкие годы, когда была совсем юной, почти девчонкой. Да такой и была, собственно.
Разумеется, она всего никому не говорила, тем более, маменьке! Не дай боги! То, что кавалеры окунали в довольно глубокий и огромный фонтан барышень, это был общеизвестный факт. День такой был, праздничный, и площадь - она так и называлась, площадь Кавалеров, в праздник отдавалась этим гулякам в полное их распоряжение. И все знали об этом. Если барышни не хотят попасть под их шутки, довольно несносные, то обойдут площадь стороной, а если... гм... не боятся, то уж тут, как говорится, сами виноваты. Её бы никто окунать не стал, так как на взрослую барышню Айли никак не тянула. Да и платье ещё было укороченное до середины голени и из-под подола торчали кружева панталон. Она их терпеть не могла, но вот маменьке это очень нравилось. Она с особенным тщанием заставляла расправлять их и крахмалить. Но в тот вечер девочка сильно их подпортила...
В то, прошлое, посещение Эндижона* должен был состояться детский бал для таких юных господских деток, как она и сестрица, которая с жаром стремилась туда. Но Айлинон на него так и не попала, потому что сбежала. Навряд ли маменька соизволит вывести их хотя бы в парк, поэтому, она сбежала потихоньку и гуляла одна. Когда ещё в столицу попадёшь! В тот день все гуляли, весь город - был день рождения младшего герцога, ко всему прочему, и отмечали его очень широко. И многие, как и она, были в масках. Правда, у неё она была чисто символической, кружевной и без прорезей для глаз, просто в виде вуали. Она ходила, глазела по сторонам, разглядывая красивые дома с вычурными колоннами, причудливые деревья, остриженных в виде разных фигур - как животных, так и людей, и, конечно же, с её чудесным везением, не могла не попасть в передрягу.
Оказавшись на площади, в полном неведении о правилах её посещения в праздничные дни, она попалась в руки одному гуляке. Видимо, уже хорошо выпивший, мужчина сначала ухватил её в охапку и хотел поцеловать, но Айли это не понравилось, и она укусила его за торчащий из-под маски длинный нос. Мужчина завопил и выпустил девчонку. Айлинон отскочила от него и тут как раз полетела в фонтан девица, подняв тучу брызг, которые попали и на неё. Опять пришлось отскакивать и она тут же спиной влетела в другого мужчину. Он, ожидаемо, завопил - девочка наступила ему на ногу, а она, испугавшись его вопля, отпрыгнула и подвернула ногу, тут же начав оседать с тихим шипением. Приличная девочка, вроде сестрицы, простонала бы что-то, типа, “Ах, умираю!”, но только не наша барышня! Мужчина оказался довольно молодым парнем в чёрной маске с блестящей окантовке. Он со злой миной на лице, что видно было по сжатым губам, подхватил её под руку и отволок к скамье на аллее сквера неподалёку.
- И вот зачем было так орать, - проворчала Айли, усаживаясь на скамью, - и пугать бедную девушку.
- Бедную? Девушку? - его бровь выгнулась из-под маски наружу. - Для бедной у вас, милая барышня, слишком нарядное платье. А для девушки - слишком короткое, - и он обидно ухмыльнулся.
И точно. Бедные так не одеваются. И ноги не оголяют, между прочим. Айли скривилась, нога болела.
- Так, и чего здесь бродим? Сейчас тут опасно маленьким девочкам.
- Ха, - ответствовала она, - можно подумать, что сами вы очень уж взрослый и гуляете здесь по своему праву.
Парень замер сначала, потом фыркнул:
- Что, так заметно?
Она пожала плечиком.
- Конечно, вы довольно длинный, но это бывает. У нашего конюха сын тоже, как каланча вымахал. Худенький вы очень и голос совсем не как у взрослого.
- Какая вы внимательная, всё замечаете, - недовольным голосом буркнул парень, поправляя маску. - Кто вы, откуда приехали в столицу? Наверняка, сбежали от родных.
- Сбежала? Вот ещё! Потерялась. Гуляли мы с маменькой, гуляли и куда они в толпе свернули, я не заметила.
- Но я не вижу, чтобы вы были сильно расстроены или испуганны.
- А чего пугаться, не в лесу дремучем потерялась. Правда, теперь даже не знаю, как дойду, не рассчитывала я, что кто-то меня так напугает и я сломаю ногу.
- Что? Сломали ногу? Не выдумывайте. Нормальная нога у вас. Сейчас посидите немного и она станет, как новенькая.
- Хорошо бы... - проворчала Айли, - а то от маменьки попадёт.
Он нагнулся и помассировал её лодыжку.
- Что вы делаете, сир? - зашипела она на него, дрыгнув ногой так, что свалилась и отлетела туфля.
- Проверяю целостность вашей ноги, - захохотал он. - Жить будете. Как вас, всё же, зовут? Откуда приехали к нам?
- А не вы первым должны представиться? - подняла бровь, изображая сестрицу, зловредная барышня, - мне папенька всегда говорил, что мужчины первыми должны это делать.
Парень вздохнул, встал и представился:
- Истион Оже, князь...
Айли так и подпрыгнула. Вот оно! Вот где она слышала это имя! Значит, этот князь, которого она камнем сшибла с лошади, тот самый Оже, да ещё и князь. Ну да, одет он был, хоть и без особой помпезности, но довольно богато. Девушка подскочила к окну и задышала в него часто-часто, приходя в себя от неожиданного открытия. Обернувшись на “нечаянную”, увидела, что та сладко спит и позавидовала. Пройдя к камину, который тлел слегка огоньками, чтобы они не замёрзли ненароком, так как по ночам было довольно прохладно, девушка задела сложенные на спинке кресла вещи Мильки - рубаха, юбка, фартук, и они упали. Когда начала всё складывать обратно, увидела, как из фартука выпало что-то, блеснув при этом во вспыхнувшем огоньке пламени. Быстро кинув вещи в кресло, подняла то, что выпало и поняла, что это плод с семейного дерева, Эвеллон. И был не простым, золотого цвета.
- Ого, - пробормотала Айлин, - вот это да! Она ходила туда без меня и Дэймар*, очевидно, выдал ей своё напутствие перед дорогой. Интересно, откуда он узнал, что она тоже поедет с нами? А, наверное, слышал же... Может, сейчас сбегать туда и он и мне скинет предсказание?
Оглянувшись на Мильку, она положила Эвеллон обратно в карман Милькиного фартучка и, накинув халатик, потихоньку выскользнула из комнаты. Спустившись по чёрной лестнице, чтобы не столкнуться ненароком с маменькой - вдруг и ей не спится! на первый этаж, девушка подошла к окну, так как двери запирались на ночь на ключи, и приоткрыла его створки. Выглянув наружу, прислушалась. Вроде, тихо. Быстренько уселась на подоконник и, перекинув ноги через него наружу, спрыгнула с другой стороны прямиком в клумбу. Спасибо, не с розами. Потирая коленку, ушибленную в очередной раз, девушка похромала к семейному древу. В темноте, под звёздами и неяркой луной идти было страшновато. То тени какие-то её пытались запугать, то кусты цеплялись за халатик. Она шла, поёживаясь от ночной прохлады и досадовала, что не накинула, хотя бы, платок на плечи. Древо возникло внезапно и Айлин отчего-то струхнула, такое оно было в темноте величественное-огромное. Захотелось даже не просто войти под его ветви, а попросить разрешения. Что она и сделала. Подойдя вплотную, взяла одну ветку и сказала дрогнувшим шёпотом:
- Можно, я посижу у тебя под веточками? Очень надо.
Ей показалось или оно кивнуло своей зелёной, но чёрной в темноте, шевелюрой? По крайней мере, она с чистой совестью опустилась на коленки и проползла под низкими ветвями к самому стволу. Сначала она попыталась нашарить хоть один Эвеллончик, но, ничего не нашарив, и чувствуя, как глаза просто слипаются, подгребла под себя побольше листьев и улеглась, свернувшись калачиком. Не успела улечься, как уже спала сном праведницы-послушницы из монастыря.
Проснулась девушка рано. Как ни странно, она не замёрзла, и даже наоборот, лежала, раскинувшись под деревом в любимой позе. И только открыла глаза, как прямо на лицо упал он, предмет её вожделения на данный момент! Он откатился буквально на мизинчик от неё и Айлин, быстро ухватив добычу, стала с любопытством разглядывать подарок от Дэймара. Цветом он отличался от Милькиного, оказался серебряного, яркого оттенка, даже смотреть было больно и, если Милькин был абсолютно гладким, то её Эвеллон оказался с колючками, но какими-то мягкими, не колючими, как у крыжовника, только чуть пожёстче. Он ей сразу понравился. Покатала в ладошках, поцеловала и прошептала:
- Спасибо!
пфуфугель* - птичка, похожая на павлина.
Дэймар* - Древо-Хранитель
продолжение... https://www.stranamam.ru/post/14961770/





Комментарии
Спасибо.
Интересно, а Эве тоже подарочек будет?
Вставка изображения
Можете загрузить в текст картинку со своего компьютера: