А вы видели в небе кита?
Вероника Петрова жила тридцать лет как все – не срывала звезд с неба, не трогала их рукой. Лишь однажды босая по утренней по росе пробежалась… замерзла, обулась, ушла домой. Допоздна на работе, нет смысла домой спешить. Нет семьи, не прижился в квартире усатый кот. Перед сном мажет волосы длинные маслом ши, варит кофе и, глядя в окошко, неспешно пьет. Трется сумрак о ноги, мурчит и зовет в постель. Гасит свет Вероника, послушно ложится спать. А во сне начинает резная звучать свирель, манит дивный напев – все бросай и айда летать. С подоконника делает шаг в пустоту, дрожит. А чего ей терять? Мужа нет, даже нет кота. Закрывает глаза – ну успела чуть-чуть пожить. Ловит Нику в объятья безбрежная пустота.
И сажает на спину кита. Кит парит меж звезд. Вероника, смеясь, собирает в пригоршни их. Украшает искринками неба колосья кос, воздух млечных путей пьют с китовичем на двоих. Кит парит в небесах миллиарды неспешных лет - с рыжим сонным закатом не раз он играл в лото, и в лицо знает каждый родившийся вновь рассвет, пил с вселенной на брудершафт… больше ни за что! Кит не ангел, конечно, но кое-что может он. Ему сверху видней, что сломалось и где болит. Он вплывает тихонечко в каждый тревожный сон -не миссия, а просто спасательный звездный кит. Забирает с собой заблудившихся и больных, одиноких, разлуками раненых – тех, кто сам разучился летать, срезал крылья, мечте под дых врезал взрослостью, разуверившись в чудесах.
И несет он Петрову, она на повестке дня. А навстречу небесный, покрытый ракушками скат. Тоже добрую сотню веков в небесах разменял, мудрость в синих глазах, только самую малость помят.
«У-у-у, с Вселенной играл в поддавки?» - усмехнулся кит.
Скат с улыбкой ответил кивком, посмотрел назад. На спине у рыбёхи с улыбкой шальной сидит Юрка Савин – писатель – и ловит Петровой взгляд. До рассвета носились по небу – плавник к хвосту, седоков драгоценных легко меж планет кружа. Сговорившись, взмывали кометами в высоту, резко ухали вниз с седоками, а те визжат. Захлебнувшись восторгом, букеты собрав из звезд, Юрка держит Петрову за худеньких пальцев тень. Есть они друг у друга, решился разлук вопрос…
Занимался рассветом проснувшийся новый день.
И Петрова проснулась… в постели своей одна. Встала, тихо умылась, пожарила два яйца. Вроде ночь проспала, а как будто пять дней без сна. Смотрит в зеркало грустно и гладит овал лица. По бульвару бредет, на работе опять завал. Вновь до ночи сидеть, дебет с кредитом совмещать. И начальник ее в кабинет вчера вызывал - увольненьем, сердешную, вздумал, злодей, стращать. А навстречу ссутулившись, тягостных полный дум синеглазый писатель в расстегнутом пиджаке. Он задумчив, невесел, пожалуй, слегка угрюм, и бумажный стаканчик с эспрессо в его руке. Кит и скат смотрят с неба, дыхание затаив и скрестив на удачу колючие плавники. Был ночной их полет завораживающе красив - стариною тряхнули, хотя и не старики.
Был ноябрь, а, быть может, хмельной апрель. Целовались в рябиновом сквере она и он. Пела в душах влюбленных резная… да-да, свирель. Кит вздохнул облегченно – стал явью вчерашний сон.
И сажает на спину кита. Кит парит меж звезд. Вероника, смеясь, собирает в пригоршни их. Украшает искринками неба колосья кос, воздух млечных путей пьют с китовичем на двоих. Кит парит в небесах миллиарды неспешных лет - с рыжим сонным закатом не раз он играл в лото, и в лицо знает каждый родившийся вновь рассвет, пил с вселенной на брудершафт… больше ни за что! Кит не ангел, конечно, но кое-что может он. Ему сверху видней, что сломалось и где болит. Он вплывает тихонечко в каждый тревожный сон -не миссия, а просто спасательный звездный кит. Забирает с собой заблудившихся и больных, одиноких, разлуками раненых – тех, кто сам разучился летать, срезал крылья, мечте под дых врезал взрослостью, разуверившись в чудесах.
И несет он Петрову, она на повестке дня. А навстречу небесный, покрытый ракушками скат. Тоже добрую сотню веков в небесах разменял, мудрость в синих глазах, только самую малость помят.
«У-у-у, с Вселенной играл в поддавки?» - усмехнулся кит.
Скат с улыбкой ответил кивком, посмотрел назад. На спине у рыбёхи с улыбкой шальной сидит Юрка Савин – писатель – и ловит Петровой взгляд. До рассвета носились по небу – плавник к хвосту, седоков драгоценных легко меж планет кружа. Сговорившись, взмывали кометами в высоту, резко ухали вниз с седоками, а те визжат. Захлебнувшись восторгом, букеты собрав из звезд, Юрка держит Петрову за худеньких пальцев тень. Есть они друг у друга, решился разлук вопрос…
Занимался рассветом проснувшийся новый день.
И Петрова проснулась… в постели своей одна. Встала, тихо умылась, пожарила два яйца. Вроде ночь проспала, а как будто пять дней без сна. Смотрит в зеркало грустно и гладит овал лица. По бульвару бредет, на работе опять завал. Вновь до ночи сидеть, дебет с кредитом совмещать. И начальник ее в кабинет вчера вызывал - увольненьем, сердешную, вздумал, злодей, стращать. А навстречу ссутулившись, тягостных полный дум синеглазый писатель в расстегнутом пиджаке. Он задумчив, невесел, пожалуй, слегка угрюм, и бумажный стаканчик с эспрессо в его руке. Кит и скат смотрят с неба, дыхание затаив и скрестив на удачу колючие плавники. Был ночной их полет завораживающе красив - стариною тряхнули, хотя и не старики.
Был ноябрь, а, быть может, хмельной апрель. Целовались в рябиновом сквере она и он. Пела в душах влюбленных резная… да-да, свирель. Кит вздохнул облегченно – стал явью вчерашний сон.





Комментарии
Спасибо
Вероника Петрова жила тридцать лет как все –
Не срывала звезд с неба, не трогала их рукой.
Лишь однажды босая по утренней по росе
Пробежалась… замерзла, обулась, ушла домой.
Допоздна на работе, нет смысла домой спешить.
Нет семьи, не прижился в квартире усатый кот.
Перед сном мажет волосы длинные маслом ши,
Варит кофе и, глядя в окошко, неспешно пьет.
Трется сумрак о ноги, мурчит и зовет в постель.
Гасит свет Вероника, послушно ложится спать.
А во сне начинает резная звучать свирель,
Манит дивный напев – все бросай и айда летать.
С подоконника делает шаг в пустоту, дрожит.
А чего ей терять? Мужа нет, даже нет кота.
Закрывает глаза – ну успела чуть-чуть пожить.
Ловит Нику в объятья безбрежная пустота.
И сажает на спину кита. Кит парит меж звезд.
Вероника, смеясь, собирает в пригоршни их.
Украшает искринками неба колосья кос,
Воздух млечных путей пьют с китовичем на двоих.
Кит парит в небесах миллиарды неспешных лет -
С рыжим сонным закатом не раз он играл в лото,
И в лицо знает каждый родившийся вновь рассвет,
Пил с вселенной на брудершафт… больше ни за что!
Кит не ангел, конечно, но кое-что может он.
Ему сверху видней, что сломалось и где болит.
Он вплывает тихонечко в каждый тревожный сон,
Не миссия, а просто спасательный звездный кит.
Забирает с собой заблудившихся и больных,
Одиноких, разлуками раненых – тех, кто сам
Разучился летать, срезал крылья, мечте под дых
Врезал взрослостью, разуверившись в чудесах.
И несет он Петрову, она на повестке дня.
А навстречу небесный, покрытый ракушками скат.
Тоже добрую сотню веков в небесах разменял,
Мудрость в синих глазах, только самую малость помят.
«У-у-у, с Вселенной играл в поддавки?» - усмехнулся кит.
Скат с улыбкой ответил кивком, посмотрел назад.
На спине у рыбёхи с улыбкой шальной сидит
Юрка Савин – писатель – и ловит Петровой взгляд.
До рассвета носились по небу – плавник к хвосту,
Седоков драгоценных легко меж планет кружа.
Сговорившись, взмывали кометами в высоту,
Резко ухали вниз с седоками, а те визжат.
Захлебнувшись восторгом, букеты собрав из звезд,
Юрка держит Петрову за худеньких пальцев тень.
Есть они друг у друга, решился разлук вопрос…
Занимался рассветом проснувшийся новый день.
И Петрова проснулась… в постели своей одна.
Встала, тихо умылась, пожарила два яйца.
Вроде ночь проспала, а как будто пять дней без сна.
Смотрит в зеркало грустно и гладит овал лица.
По бульвару бредет, на работе опять завал.
Вновь до ночи сидеть, дебет с кредитом совмещать.
И начальник ее в кабинет вчера вызывал
Увольненьем, сердешную, вздумал злодей стращать.
А навстречу ссутулившись, тягостных полный дум
Синеглазый писатель в расстегнутом пиджаке.
Он задумчив, невесел, пожалуй, слегка угрюм,
И бумажный стаканчик с эспрессо в его руке.
Кит и скат смотрят с неба, дыхание затаив
И скрестив на удачу колючие плавники.
Был ночной их полет завораживающе красив -
Стариною тряхнули, хотя и не старики.
Был ноябрь, а, быть может, хмельной апрель.
Целовались в рябиновом сквере она и он.
Пела в душах влюбленных резная… да-да, свирель,
Кит вздохнул облегченно – стал явью вчерашний сон.
Вероника Петрова жила тридцать лет как все –
Не срывала звезд с неба, не трогала их рукой.
Лишь однажды босая по утренней по росе
Пробежалась… замерзла, обулась, ушла домой.
Допоздна на работе, нет смысла домой спешить.
Нет семьи, не прижился в квартире усатый кот.
Перед сном мажет волосы длинные маслом ши,
Варит кофе и, глядя в окошко, неспешно пьет.
Трется сумрак о ноги, мурчит и зовет в постель.
Гасит свет Вероника, послушно ложится спать.
А во сне начинает резная звучать свирель,
Манит дивный напев – все бросай и айда летать.
С подоконника делает шаг в пустоту, дрожит.
А чего ей терять? Мужа нет, даже нет кота.
Закрывает глаза – ну успела чуть-чуть пожить.
Ловит Нику в объятья безбрежная пустота.
И сажает на спину кита. Кит парит меж звезд.
Вероника, смеясь, собирает в пригоршни их.
Украшает искринками неба колосья кос,
Воздух млечных путей пьют с китовичем на двоих.
Кит парит в небесах миллиарды неспешных лет -
С рыжим сонным закатом не раз он играл в лото,
И в лицо знает каждый родившийся вновь рассвет,
Пил с вселенной на брудершафт… больше ни за что!
Кит не ангел, конечно, но кое-что может он.
Ему сверху видней, что сломалось и где болит.
Он вплывает тихонечко в каждый тревожный сон,
Не миссия, а просто спасательный звездный кит.
Забирает с собой заблудившихся и больных,
Одиноких, разлуками раненых – тех, кто сам
Разучился летать, срезал крылья, мечте под дых
Врезал взрослостью, разуверившись в чудесах.
И несет он Петрову, она на повестке дня.
А навстречу небесный, покрытый ракушками скат.
Тоже добрую сотню веков в небесах разменял,
Мудрость в синих глазах, только самую малость помят.
«У-у-у, с Вселенной играл в поддавки?» - усмехнулся кит.
Скат с улыбкой ответил кивком, посмотрел назад.
На спине у рыбёхи с улыбкой шальной сидит
Юрка Савин – писатель – и ловит Петровой взгляд.
До рассвета носились по небу – плавник к хвосту,
Седоков драгоценных легко меж планет кружа.
Сговорившись, взмывали кометами в высоту,
Резко ухали вниз с седоками, а те визжат.
Захлебнувшись восторгом, букеты собрав из звезд,
Юрка держит Петрову за худеньких пальцев тень.
Есть они друг у друга, решился разлук вопрос…
Занимался рассветом проснувшийся новый день.
И Петрова проснулась… в постели своей одна.
Встала, тихо умылась, пожарила два яйца.
Вроде ночь проспала, а как будто пять дней без сна.
Смотрит в зеркало грустно и гладит овал лица.
По бульвару бредет, на работе опять завал.
Вновь до ночи сидеть, дебет с кредитом совмещать.
И начальник ее в кабинет вчера вызывал
Увольненьем, сердешную, вздумал злодей стращать.
А навстречу ссутулившись, тягостных полный дум
Синеглазый писатель в расстегнутом пиджаке.
Он задумчив, невесел, пожалуй, слегка угрюм,
И бумажный стаканчик с эспрессо в его руке.
Кит и скат смотрят с неба, дыхание затаив
И скрестив на удачу колючие плавники.
Был ночной их полет завораживающе красив -
Стариною тряхнули, хотя и не старики.
Был ноябрь, а, быть может, хмельной апрель.
Целовались в рябиновом сквере она и он.
Пела в душах влюбленных резная… да-да, свирель,
Кит вздохнул облегченно – стал явью вчерашний сон.
↑ Перейти к этому комментарию
полное восхищение!
Спасибо
↑ Перейти к этому комментарию
Может просто настроение не то?
↑ Перейти к этому комментарию
А теперь и вы тут, в СМ, дарите волшебство) Спасибо вам за ваше творчество!
Не останавливайтесь, пожалуйста!
«Браки совершаются на небесах» (с)
Спасибо автору от всего сердца...
Немного оффтопа, вчера вечером в ожидании обещанного суперлуния, наблюдали в небе облако в виде серого, огромного, на все зримое небо, французского багета, плывшего справа налево параллельно земле...
Я никогда таких облаков не видела, никогда...
Спасибо за теплый отзыв. Мне так радостно на душе, что стих вызывает позитивные эмоции )))
Вставка изображения
Можете загрузить в текст картинку со своего компьютера: