Глава 14 (книга, которую я пишу) «Там, где всё оборвалось»

Я встала, подошла к столу и открыла блокнот. Продолжу поиски.
Потому что другого выхода у меня просто нет.

Я снова обновила страницу со сводками. Один автомобиль — темный седан — мелькнул в заголовке: «Водитель скрылся, ищут свидетелей».
Но марка не та. Цвет близкий, но не тот. Не совпадает.

Я перевела взгляд на окно. День был серым. Как будто всё в мире выцвело. И вдруг поняла: я устала не от поиска.
А от непонимания. Меня будто втянули в игру, где я не знаю правил.
И самое главное, не понимаю, кто ведущий.

Лёша?
Кто-то ещё?
Игорь?
Или... я сама?

Я взяла тетрадь и открыла снова ту страницу:

«Найди то, что я оставил там. Только не забудь себя по дороге.»

Я вслух сказала:
— Я не забывала себя. Я просто не знала, кто я. Может быть, пора выяснить?

И тогда я решила: утром поеду туда. К сирени. К скамейке.
Если это даже квест — пусть будет так.
Но я дойду до конца.
Даже если там то, чего я боюсь больше всего.

В ту ночь я уснула позже обычного. И сон пришел резкий, обжигающий.
Я стояла на остановке. Ночь. Пустая дорога. Фонари моргают, как будто отказываются работать. Подъезжает автобус. Тёмный. Без номера.
Я захожу внутрь и понимаю, что он пуст. Только водитель. И он смотрит на меня в зеркало. Его лица не видно, только глаза. Черные. Как у Леши. Или не его?

Я сажусь. И тут за мной появляется Игорь. Садится рядом. Смотрит не на меня, а вперёд. Мы едем. Долго. Слишком долго.
Потом он говорит:
— Тебе не туда.
— А куда? — спрашиваю я.
— Назад.

Автобус останавливается. Я выхожу. Пустота. Только одинокая скамейка. И над ней старая сирень. Я иду к ней. На лавочке — он. Леша. Смотрит на меня и говорит:
— Ну что, поняла?
Я пытаюсь подойти, но ноги словно вросли в землю. Хочу закричать: «Объясни!». Но голос не выходит.
Только дыхание. Только дрожь. Только сирень, пахнущая так, будто весна наступила посреди осени.
Он встаёт. Уходит прочь.
Я тянусь за ним…
Но снова не могу пошевелиться.

Я проснулась в холодном поту. Голова звенела. Сердце стучало так, будто всё ещё бежало за ним. И я поняла: этот сон был не просто сном. Это была моя душа. Которая знает, где искать ответы.
И наконец, готова их получить.

***
Я не знала, зачем иду туда. Вряд ли я найду что-то новое. Но тело словно само повело меня туда, к сирени. К той самой скамейке, мимо которой, как говорила соседка, Лёша шёл в день исчезновения.

Сквер был почти пуст. Только девушка с коляской на другой стороне бродила медленно взад-вперед, укачивая младенца.
Сирень уже давно отцвела. Но в памяти вдруг всплыл ее запах. Он напоминал о чём-то ушедшем. О том, что я забыла?

Я подошла к скамейке и села. На это место. Положила ладони по бокам, будто ожидала, что дерево расскажет мне что-то. Но скамейка молчала.

Где ты был в тот момент, Лёша?
Ты действительно сидел здесь?
Ты ждал чего-то?
Кого-то?
Меня?
Вдруг нахлынула странная мысль: А может, он приходил сюда, чтобы отпустить. Меня. Себя. Всё.

Я закрыла глаза. Представила, как он сидит здесь. Куртка. Ранний утренний свет.
Он держит в руках телефон. Не звонит. Просто смотрит. Потом встаёт. И уходит.
Куда?

Я снова достала письмо. То самое. Прочитала в сотый раз.

"Это было нужно тебе. Не мне."
"Прости, что сделал это именно так."
"Но иначе ты бы не проснулась."

Что это значит? Он считал, что я спала? Что жила не своей жизнью? Что... я потеряла себя?
А может... он не только ушел от меня. Он ушёл от того, кем был сам. И дело не во мне? Ушёл, чтобы стать кем-то другим?
Меня бросило в жар. Если он хотел, чтобы я проснулась, то зачем всё это? Страх. Пустота. Безумие. Игорь. Муки вины. Он думал, я поблагодарю его?

Я подняла глаза и увидела старушку, проходящую мимо. Она посмотрела на меня, как на заблудшую. Словно видела это лицо — потерянное, ищущее — не впервые.
И в этот момент я поняла: я действительно больше не та, что была. Что бы ни случилось, обратного пути уже нет.

Я сидела на скамейке, вцепившись пальцами в край, как будто она могла меня удержать. От паники. От вопросов. От реальности, в которой всё стало зыбким.
Внутри было ощущение, что я вот-вот услышу ответ. Что если посидеть ещё немного, просто подождать, что-то щёлкнет. Словно по сигналу.

Я закрыла глаза. И вдруг — еле уловимый аромат. Не сирени. Другой. Мужской. Знакомый. Я резко обернулась.
Никого.

Только ветер качал ветки, и одна из них опустилась почти мне на плечо. Я опустила глаза. На скамейке рядом что-то лежало.
Маленькое. Бумажное. Я точно уверена: этого не было, когда я сюда только пришла.
Я потянулась и взяла. Это была обертка от шоколадного батончика. Такого, какие Лёша всегда брал в дорогу. Всегда.
С тех пор как бросил курить. Заменил никотин шоколадом.

На обёртке чёрной ручкой было выведено одно слово:
"Почти."
Я вцепилась в эту бумажку, как в улику. Что "почти"? Почти что?
Почти нашла? Почти вспомнила? Почти дошла?
Или...
Почти проснулась?

Сердце стучало в ушах. Всё тело напряглось.
Это он. Это Лёша. Он был здесь. Недавно. Он оставил это мне?
Словно всё внутри меня шептало:
"Ты близко. Очень близко."

Но к чему я приближаюсь — к нему? К себе?
К какой-то страшной, новой реальности?
Я не знала. Но назад пути точно не было.