Молчание в машине казалось плотным, как бетон. Ленка вела, иногда косилась на меня, но не говорила ни слова. А я… я внутри была пустая.
Такой пустоты я не чувствовала даже в первую ночь, когда Лёша не вернулся.
Тогда была тревога, страх, обрывки надежды. А сейчас — стыд. Злость. Брезгливость к самой себе.
Зачем я туда пошла? Что я хотела увидеть? Улики? Признание?
Или я надеялась, что она расплачется и скажет: «Извините, я виновата»? Читать далее»
Такой пустоты я не чувствовала даже в первую ночь, когда Лёша не вернулся.
Тогда была тревога, страх, обрывки надежды. А сейчас — стыд. Злость. Брезгливость к самой себе.
Зачем я туда пошла? Что я хотела увидеть? Улики? Признание?
Или я надеялась, что она расплачется и скажет: «Извините, я виновата»? Читать далее»








